Чтение онлайн

— Интересно, — оживился президент и внимательно начал всматриваться в информацию на экране. — Есть еще что-то особенное?

— Да тут все особенное! — хмыкнул Михаил. — Геном R 1794 из самых простых и понятных. Поэтому решили начать эксперименты с него. Но еще есть с десяток геномов, которые я сразу забрал в свой отдел. Вот, смотри.

Президент принялся изучать новый список, появившийся на экране, и с каждой секундой удивление все больше проступало на его лице.

— Регенерация, мимикрия, чтение мыслей… что???… смертельный взгляд, омоложение…

Под конец президент вошел в ступор окончательно, видимо, погрузился в собственные мысли. Глава разведки не торопил его. Он знал, что сейчас мозг его старого друга работает на пределе.

— Ты же понимаешь, что это значит? — вернулся к разговору президент.

— Прекрасно понимаю, — улыбнулся Михаил. — Я уже дал указание о создании особого отдела, который будет заниматься подобными мутациями. Гриф — сверхсекретно. Полный доступ к данным по работе с ними только у трех офицеров и у нас с тобой.

Президент довольно кивнул и впервые улыбнулся.

— Мир сломался, но, кажется, я начинаю видеть, каким он станет.

— Согласен с тобой, старый друг.

Оба замолчали на минуту, видимо, разделяя мысли друг друга.

— Что с исследованиями по их импринтингу? — вновь прервал паузу президент.

— Здесь не стоит торопиться и проводить необдуманные эксперименты. Сам понимаешь. А кроме профессора Беляева у нас нет подобных специалистов. Сейчас это ключевая фигура в наших планах.

— Его лояльность?

— На наше счастье, это патриот своей страны, человек старой закалки, но…

— Что но?

— При его спасении произошел неприятный инцидент. Группа спецназа подверглась нападению и не смогла вытащить из лаборатории всех выживших. Среди них были его дочь и ассистент. В отчете командира группы значится, что они все погибли.

— Так в чем проблема? — удивился президент.

— Профессор потребовал ознакомиться с отчетом. Пришлось оформить допуск, иначе он отказывался работать. После этого он затребовал, чтобы мы забрали тела. Я послал две группы, но, к моему удивлению, они вернулись с пустыми руками.

— Мутанты постарались?

— В том то и дело, что нет. Лабораторию завалило взрывом. Доступа к ней не было ни у кого. На расчистку ушел целый день. Мы нашли трупы охранника и ассистента. Дочери среди них не оказалось.

— Это может быть проблемой, — задумчиво проговорил президент.

— Да, пришлось управляемыми взрывами полностью завалить лабораторию и в отчете указать, что никого не нашли.

— Такая досадная мелочь, — сморщился глава государства. — Но может вылезти в большую проблему. Надеюсь, у тебя все под контролем?

— Да, ситуация под личным контролем.

— И в любом случае ищи потенциальную замену профессору. В этой ситуации мы не можем допустить ни малейшей промашки.

— Мои люди этим занимаются, но результаты пока оставляют желать лучшего. В любом случае я решу этот вопрос.

— Не сомневаюсь, — кивнул президент. — И перешли мне полную информацию об этом закрытом проекте, как его там?

— Проект «Пандора», господин президент.

Разбудил меня, конечно же, Кеша. Лысый гад мяукал, топтался по груди и лизал лицо шершавым языком. Чёрт! Из приятной дрёмы вылезать не хотелось совершенно, особенно после вчерашнего. Да и за все дни после инцидента мне, наверное, в первый раз удалось расслабиться и по-человечески поспать. Я хотел было скинуть кота с кровати и перевернуться на другой бок, но вспомнил об огромных когтях. Вот впустил же эту зверюгу на свою голову!

Кот, увидев, что я открыл глаза, тут же спрыгнул с кровати, подбежал к двери и стал скрестись.

Пришлось встать, чтобы открыть ему. Кеша пулей вылетел из комнаты, истошно мяукая по дороге. Что случилось-то? Я взглянул на таймер виджета. Двенадцать часов?! Я проспал до полудня? Вот это расслабился! Пожалуй, и правда, пора вставать. Вика, наверное, уже импринтировала себе гены регенерации.

Спустившись на кухню, я понял, куда так стремился Кеша. Отчётливо пахло тушёнкой. Вика сидела над тарелкой с макаронами и мясом, а кот с диким мяуканьем бегал вокруг. Миска с диетическим кормом стояла нетронутой.

— Дай ты ему уже нормальной еды, ещё немного, и он нас сожрёт, — не выдержал я.

Вика вздрогнула и обернулась.

— Уже сдалась и тушёнки положила. Он всё съел. А там почти половина банки была. — Она указала на пустое блюдечко под столом.

— Хм, а вчера две глазуньи умял и добавки просил, — заметил я.

Вика посмотрела на меня и хлопнула себя по лбу.

— У него же мутация! Возможно, метаболизм Кеши ускорился и теперь ему нужно гораздо больше пищи. Надо бы исследовать.

А тут произошло и вовсе удивительное. Кот, безуспешно вымаливая у меня добавки, видимо, отчаялся, недовольно дёрнул лысым хвостом и отправился опустошать миску с диетическим кормом.

— Точно, голодный, — заключил я. — А как у тебя прошёл импринтинг генов регенерации?

— Успешно. Всё, как и спрогнозировала нейронка. — Вика показала мне чистые ладони, ещё вчера покрытые прорвавшимся мозолями. Рядом на пальце красовался свежезатянувшийся порез. Значит, и скорость заживления проверяла. — Экспрессия в три раза меньше, чем у тебя. Но всё равно эффект отличный.

— А результаты по псионику?

— По предварительной модели Дарьи, группа генов псионики не должна конфликтовать с паттерном регенерации и встроится мою ДНК без проблем, — бодро ответила Вика.

Мне показалось, что я ослышался.

— Ты собираешься импринтировать себе его гены? Серьёзно? А тебе не кажется, что он с катушек слетел как раз от таких способностей?

— Это я тоже проверила. — Вика скрестила на груди руки и выпрямила. Видимо, собралась стоять на своём. Да она уже всё решила. Чёрт! Какая упёртая. — Я не просто так брала образцы тканей. У нашего псионика нашлись признаки нейродегенеративного заболевания. Нейроны повреждены. Как я и предполагала, у него изначально были проблемы. А для меня нейронка построила модель без всяких побочек.