Чтение онлайн

3. Разрушение укреплений и снятие военной техники в районе старой западной границы, необустроенность новой границы, подтягивание к ней самолетов и другого вооружения и их размещение фактически на открытой местности, провозглашение доктрины проведения только наступательных операций и ведения войны только на чужой территории, забвение вероятности ведения оборонительных боев привели к неимоверным потерям в живой силе и военной технике в первые часы и дни нападения врага.

Все это было крупнейшей, если не фатальной, военно-политической ошибкой Сталина и военного руководства страны.

4. Неспособность Сталина прогнозировать важнейшие военно-политические события, правильно оценивать складывавшуюся международную обстановку, преступное игнорирование им реальной, правдивой информации о конкретных сроках нападения Германии на СССР, слепая вера в то, что Гитлер не нападет на нашу страну в 1941 году, фактически открыли дорогу врагу.

5. Сообщение ТАСС от 14 июня 1941 года о том, что обе стороны, Германия и СССР, неукоснительно выполняют договор о ненападении между этими странами, Гитлер расценил как порождение страха, как заискивание Сталина перед нацистским руководством. В то же время Заявление демобилизующе подействовало на войска и вызвало настороженные настроения у населения.

В среде иностранных наблюдателей после опубликования Заявления ТАСС усилилось понимание того, что Сталин боялся войны с Германией, у них вызывало удивление то, что Сталин совершенно не прислушивался к многочисленным предупреждениям со стороны руководителей западных стран, в частности У. Черчилля, о том, что Германия нападет на СССР в самое ближайшее время.

6. 12 июня 1941 года Жуков и его заместитель генерал Ватутин составили проект директивы о приведении войск западных военных округов в полную боевую готовность, доложили о ней наркому обороны Тимошенко, который попросил разрешения Сталина направить войскам эту директиву. Разрешение не было дано.

14 июня Тимошенко и Жуков вновь поставили вопрос о настоятельной необходимости привести войска в полную боевую готовность. По рассказам маршала Жукова, он по нескольку раз в день напоминал Сталину об этом. Но «нам категорически было запрещено производить какие-либо выдвижения войск на передовые рубежи по плану прикрытия границ».

Разрешение на это было дано Сталиным лишь поздно вечером 21 июня, оно дошло непосредственно в войска после того, как началось нападение немецких войск.

7. С самого начала нападения нацистской Германии на СССР Сталиным овладели пораженческие настроения. Он неоднократно заявлял в конце июня 1941 года о том, что они «прос…ли переданное им Лениным государство». 28 июня, а затем 7 октября 1941 года через посла Болгарии в СССР Ивана Стаменова Сталин обращался к Гитлеру с предложением о капитуляции с огромными территориальными уступками на манер Брестского мира в 1918 году. Гитлер не реагировал на эти предложения, т. к. он тогда был на высоте военных побед и был уверен в полной победе над СССР в ближайшие месяцы. Эти действия Сталина совместно с Молотовым и Берией были совершены в обход законодательных органов страны, без уведомления народа, даже других членов Политбюро и, в сущности, были актом предательства ради сохранения личной власти.

В приказе по группе армий «Центр» от 15.10.41 г. отмечалось: «Капитуляция Москвы не должна быть принята, если она будет предложена противником. До захвата она должна быть измотана артиллерийским обстрелом и воздушными налетами, а ее население — обращено в бегство» (проф. Г. Куманев. «Москва, октябрь сорок первого». «Советская Россия», 20.10.1990 г.)

8. В июле 1941 года были арестованы командующий Западным фронтом генерал армии Д.Г. Павлов, начальник штаба фронта генерал-майор В.Е. Климовских, командующий 4-й армией генерал-лейтенант А.А. Коробков, и 22 июля они были казнены по обвинению «в проявлении трусости, бездействия, нераспорядительности, в сознательном развале управления войсками и сдаче оружия противнику без боя».

На самом деле крупные поражения Красной Армии в начале войны, прежде всего на Западном фронте, произошли главным образом по вине Сталина, который не подготовил страну к обороне. Игнорируя веские и обстоятельные доводы Генштаба, ошибочно определил направление главного удара Вермахта летом 1941 года. Во главе важного в оперативно-стратегическом отношении Западного фронта Сталин поставил своего выдвиженца, которому явно недоставало личных и деловых качеств для занятия столь высокого поста в исключительно ответственный и опасный период.

Сталин организовал судилище над генералами Западного фронта в свойственной ему манере для того, чтобы отвести вину за катастрофу на фронте от себя на них.

9. На Юго-Западном фронте немецкие войска прорвали линию укреплений на старой границе, создав угрозу Киеву. Возникла опасность окружения киевской группировки. 19 августа Жуков предупредил об этом Сталина, но он предупреждение оставил без внимания.

14 сентября немецкие танковые группы замкнули кольцо, внутри которого оказались 452 720 советских военнослужащих, включая 60 тысяч комсостава. За 4 дня до этого трагического события командующий Юго-Западным фронтом генерал-полковник М.П. Кирпонос обратился к Сталину за разрешением вырваться из окружения, пока оно еще не было плотным.

Распоряжение Сталина: «Киев не оставлять, мостов не взрывать без разрешения Ставки».

19 сентября немцы вошли в Киев. Командование фронта погибло в последних боях.

Очевидно, что жестокость — дитя революции и гражданской войны. Гражданская война — это озверение людей, когда внутри одного народа начинают убивать друг друга.

Сталинский террор был заложен в Гражданской войне — он сам дитя Гражданской войны.

Любая война сама по себе жестока, но Сталин часто еще более ужесточал ее проявления. Вот некоторые примеры проявления этой невероятной, звериной жестокости:

1. 16 августа 1941 года Сталин лично составил и подписал крайне жестокий Приказ Ставки Верховного главнокомандующего Красной Армии № 270 о расправе с пленными и дезертирами:

Поставив свою подпись, Сталин приказал под документом поставить также подписи Молотова, Ворошилова, Буденного, Тимошенко, Шапошникова, Жукова.

2. Сталин отчаянно искал способы, как остановить отступление, заставить деморализованных людей сражаться. Анализ документов Ставки, распоряжений Сталина показывает, что в решении этой архисложной задачи он отдавал приоритет угрозе беспощадной карой. 12 сентября 1941 года он продиктовал директиву о создании заградительных отрядов численностью до батальона в каждой стрелковой дивизии — для оказания помощи комсоставу в установлении твердой дисциплины в дивизии, приостановке бегства в панике, не останавливаясь перед применением оружия.

Об этом писал Александр Твардовский:

3. Статистика показала страшную цифру — более 3 млн советских военнопленных, взятых немцами за считаные недели лета 1941 года. Такого вообще мировая военная история не знала ни до, ни после. Конечно, была внезапность, растерянность, бездарность командиров, но число пленных было такое, что только этими факторами его не объяснишь. Только в огромных «котлах» под Киевом в сентябре 1941 года Вермахт захватил 665 тысяч пленных. В середине октября в боях под Вязьмой и Брянском было взято в плен еще 662 тысячи советских солдат и офицеров. Число захваченных в плен советских военнослужащих в первые месяцы войны оказалось столь велико, что на их содержание у Германии не было ни сил, ни средств. В связи с этим в конце июля 1941 года нацистским руководством было принято решение об освобождении советских пленных ряда национальностей: немцев Поволжья, прибалтов, украинцев, позднее белорусов. До середины ноября 1941 года было освобождено 318,8 тысячи человек. До февраля 1942 года, по немецким данным, от голода, эпидемий и расстрелов в плену погибло около 2 млн советских граждан. В 1942–1944 годах из плена освобождались в основном лица, которые вступали в добровольческие охранные формирования, в полицию. Всего до 1 мая 1944 года было освобождено 823,2 тысячи военнопленных.