Чтение онлайн

Я тяжело выдохнул и откинулся к спинке.

На экранах отражалась модель шагохода. «Клещи» перелетали от одной установки к другой. Избавлялись от хвостов и летели за новыми.

— Криопломбы «Ледяной замок» установлены, — констатировал диспетчер, когда они закончили. — Любая попытка произвести выстрел приведёт к детонации снаряда внутри ствола.

Затем настала очередь пулемётных турелей.

Я бросил взгляд на Шондру. Она сидела с каменно-непроницаемым лицом, но я видел, как она сжала кулаки.

Роботы подлетели к её любимым «игрушкам», и их тонкие манипуляторы ввели в поворотные механизмы турелей толстые стальные штифты. Раздался резкий, сухой щелчок блокираторов. Теперь турели могли смотреть только прямо вперёд, лишённые возможности вращаться. После «Клещи» начали лепить какие-то наклейки.

— Что они делают? — без особого энтузиазма спросил я у Вайлет.

Видимо, она не поняла про какую именно часть операции я спрашиваю, потому что начала пояснять весь процесс:

— Производят ввод четырёх титановых штифтов в механизм каждой турели. Вот схема.

На экране сразу же высветились данные:

?Поворотный механизм (2 шт.) — блокируют горизонтальное наведение.

?Подъёмный механизм (1 шт.) — фиксирует угол возвышения.

?Ударно-спусковой узел (1 шт.) — предотвращает движение затвора.

— Штифты выдерживают до 9 тонн усилия, — продолжила кибердева. — При попытке поворота срабатывает датчик перегрузки, активируется сигнал тревоги. При попытке выстрела затвор упирается в штифт — отказ срабатывания. Каждый штифт подключён к системе «Колыбель». При повреждении штифтов пружины выталкивают боёк.

— Нет, я про наклейки, — почти с усмешкой уточнил я. — Это термодатчики?

— Да, дроны накладывают пломбы-наклейки с термохромной краской — краснеет при нагреве. Мониторинг будет проводиться в соответствии с протоколом.

— А точнее?

— Постоянно.

Когда последний робот отлетел от корпуса, голос диспетчера зазвучал снова, на этот раз с нотками официального предупреждения:

— Процедура дезактивации по протоколу «Колыбель» завершена. Капитан, информирую вас о мерах безопасности. Каждая пломба оснащена комплексом датчиков: тензометрическими, температурными и микроволновыми, интегрированными в общую систему безопасности судна. Любая попытка физического взлома, термического воздействия или даже резкого изменения давления в стволе будет немедленно зафиксирована. Это приведёт к автоматической передаче сигнала тревоги в службу безопасности порта и капитану баржи, ответным мерам вплоть сброса вашего шагохода в море и наложению штрафа в размере, сопоставимом со стоимостью небольшого астероида. Желаю приятного путешествия.

Связь прервалась. Рой «клещей» с таким же визгом унёсся прочь.

Я повернулся в кресле и посмотрел на притихший мостик.

Теперь мы стали просто дорогим и беспомощным грузом… Если не считать пару сюрпризов, о которых персонал баржи не узнал.

Но в любом случае остаётся надеяться, что плавание будет спокойным.

Хотя с моей удачей в этом есть сильные сомнения.

Раздался протяжный, низкий гудок, вибрирующий не только в воздухе, но и отдающийся в металле под нашими ногами. Это голос баржи, прощающейся с берегом.

Двигатели баржи натужно взревели, и наша плавучая платформа медленно, почти неощутимо, отошла от пирса. Индустриальный ад грузового порта с его вечной суетой и запахом мазута начал медленно удаляться, уступая место бескрайней водной глади.

Акватика ждала нас на рейде.

На мостике воцарилась атмосфера расслабленного ожидания.

Даже Кармилла откинулась в кресле, с ленивой грацией закинув ногу на ногу.

И принялась вычёсывать Фенечку.

Путешествие началось.

— Кити-кити, а какая она, эта Акватика? — подала голос Сэша, прижавшись носом к экраны. Я её временно освободил, очень надеюсь, что не пожалею.

Её хвост мерно покачивался из стороны в сторону, выдавая нетерпеливое любопытство.

— Это не город, котёнок. Это мечта, — с ноткой предвкушения протянула Кармилла. — Или кошмар. Зависит от состояния твоего банковского счёта.

— Акватика была создана горсткой самых богатых магнатов планеты во время Второй Межконтинентальной, — буркнула Шондра. — Пока остальной народ грызся за кусок хлеба на выжженных радиацией континентах, эти господа решили, что с них хватит. Они собрали лучших инженеров, вбухали триллионы гриндольфов и построили себе райский уголок посреди океана, подальше от войны, политики и ядерных взрывов. Теперь это самое элитарное, самое пафосное и самое дорогое место на всей планете. Закрытый клуб для тех, кто может себе это позволить.

— Значит, сплошные снобы и выскочки, — хмыкнула Лекса, скрестив руки на груди. — Терпеть таких не могу.

— Зато там невероятные подводные инженерные решения! — с энтузиазмом добавила Ди-Ди и начала перечислять чудеса Акватики с жаром лектора.

Я не слушал их болтовню.

Моё внимание было приковано к главному экрану.

Отдал команду Ядвиге на максимальное приближение, и на дисплее появилось изображение нашего пункта назначения — доки сектора «Омега». Они разительно отличались от остальных конструкций по периметру плавучего города.

Усиленные причалы, огромные проходы для Волотов. Место для приёма особых, самых массивных «грузов». Из одного из доков уже начал выдвигаться короткий, массивный мост-трансформер, готовый принять нас.

Всё шло по плану. Слишком гладко для нас.

Не верю, что всё будет так просто…

Стопудово же всё пойдёт через задницу…

И тут началось.

Сначала раздался оглушительный скрежет металла, а затем последовал резкий, выворачивающий внутренности толчок.

Избушку тряхнуло так, что крепления затрещали.

Ди-Ди, стоявшая у консоли, не удержалась на ногах и рухнула на палубу. Чашка с кофе, которую несла мне Сэша, взлетела в воздух и разбилась о переборку.

Баржа остановилась. Двигатели замолкли. И я почувствовал это — медленный, но неумолимый крен на левый борт.

— Что, чёрт возьми, произошло?! — рявкнул я.— Вайлет, доклад!

— Крен на левый борт. Угол — семь градусов и продолжает расти, — без тени эмоций доложила киборг, её пальцы уже летали над клавиатурой. — Скорость увеличения крена — 0,08 градуса в секунду. Зафиксированы множественные пробоины в балластных цистернах левого борта. Вероятно, столкновение с подводным препятствием. Предположительное время до критического угла крена, ведущего к опрокидыванию, — двенадцать минут.

Двенадцать минут. Тысячи тонн стали, прикованные к тонущей платформе.

Мы попали в ловушку.

— Твою мать… — выдохнула Шондра.

— Я так и знала, что эта авантюра плохо кончится! — заорала Лекса.

— Ой, батюшки, потопнем! — подключилась к панике Ядвига.

— Волк, нам нужен контроль над Волотом! — выдала здравую мысль Кармилла. — Нужно избавиться от креплений!

— Связь с диспетчером! Немедленно! — заорал я.

На экране появилось бледное, искажённое помехами лицо портового диспетчера.