Чтение онлайн

— Я впервые оказался в такой ситуации, — с горечью усмехнулся и уткнулся мне в шею.

— В какой? — закопалась пальцами в жесткие волосы, кайфуя от горячего дыхания, разбавляемого нежными поцелуями.

— В патовой. Когда хочу до жути девчонку, она меня хочет, а взять не могу.

— Почему? — пробормотала растерянно.

Алекс отстранился от меня и кивнул на рану:

— Я чуток не в форме, извини.

— Но я могу помочь тебе… — если бы он только знал, что такое я предлагала впервые, не отказывался бы так грубо:

— От руки мне накидаешь? Спасибо, я и сам могу, — поджал губы и снова нахмурился.

— Но я же... Получила удовольствие, а ты нет.

— Я его тоже получил. Твои стоны и то, как у тебя крышу сносит — тоже удовольствие для меня, — заметив мое замешательство, усмехнулся и коротко поцеловал меня в губы. — Шура, не расстраивайся так. В следующий раз так легко не отделаешься. Ты мне лучше вот что скажи: ты голодная?

Он отошел от меня и надел снова футболку. Отвернулся, но я успела заметить, как он сморщился от боли. Рана снова стала его беспокоить и он старательно пытался перевести тему от своей неудачи. Он прав, в таком состоянии ему не до прелюбодеяний. Значит, восполним все в следующий раз.

В следующий раз? Он сказал «в следующий раз»? Это к слову пришлось или он действительно планировал еще раз со мной увидеться?

— Шурик, прием! — фальшиво-бордо крикнул Алекс. — Какая часть моей речи ввела тебя в внутренний монолог?

— Никакая, — замотала я головой и бросилась одеваться, стыдливо прикрывая обнаженную грудь руками.

— Ну-ну… Так что? Ты голодная?

— Нет, я спать хочу, — соврала, видя, что ему с каждой минутой плохеет. — Я могу тебе чем-то помочь?

— Не сегодня. Укладывайся пока что, а я скоро приду.

Это было сказано таким тоном, что я даже при огромном желании не рискнула бы ослушаться. Когда осталась одна, сразу юркнула в ванную, что примыкала к спальной комнате и с восторгом запрыгнула в душевую, где были нормальные гели для душа, шампунь и даже скрабы. Наспех, но по-полной оттянувшись, вернула себе человеческий облик и высушила феном волосы. Теперь я была похожа на нормальную и вновь ощутила свою привлекательность.

Хотя... То, как Алекс меня целовал, тоже взывало к ощущению моей неповторимости. Я не совру, если скажу, что ни один из моих парней не вызывал во мне калейдоскоп эмоций и не раскрывал внутри такой факел страсти. Но и настоящего мужчины у меня до этого не было. Парни были, а Алекс — это взрослый и опытный мужчина, старше меня лет на двенадцать минимум. Алекса охренеет, когда я ей расскажу, что со мной произошло!

Я засуетилась выйти наружу. В спальне уже ждал Алекс. Он никак не стал комментировать мой внешний вид, чем немного обидел мою ранимую сущность. Здравый разум понимал, что не до комплиментов ему сейчас и, возможно, передо мной вообще человек, который априори их никому не говорит, но сентиментальная частица надулась и заставила меня лечь на край кровати и надуть щеки.

— Завтра утром ранний подъем. Советую выспаться, — Алекс увалился на свою половину кровати и закинул руки за голову.

— Ты отвезешь меня домой?

— Отвезу. Только не думай бежать. Под окнами и за дверями дежурит охрана, а я уже не смогу тебе помочь, если ты во что-то вляпаешься.

Уточнять, почему не сможет, не пришлось. Договорив, он засопел.

Привстав, я увидела на прикроватной тумбы какую-то ампулу и подошла ближе. Судя по надписи, он вколол себе обезболивающее.

— Да и не планировала я от тебя убегать, — пожала плечами и разместилась рядом, положив голову на мужское плечо. — Только с тобой я чувствую себя в безопасности, больше бегать я не буду.

Прыгнуть в объятья доброго бога снов — Морфея, у меня не вышло. Алекс не дал. Провалившись в безмятежность, он стонал во сне, ворочался, а потом у него начался жар. Около часа я потратила на перебежки от раковины к кровати, делая ему компрессы из мокрого полотенца, но толка от моих манипуляций не было. Я стала паниковать, что занесла в рану инфекцию и началось заражение. Будучи не сильной в медицине я жутко испугалась. Разбудить Алекса не получалось, поэтому я побежала просить о помощи.

Выскочила в рваной футболке, врезавшись на выходе из комнаты в Молчуна.

— Там Алекс… Он.. Он…

Заметив, как меняется выражение лица у парня, быстро закончила мысль, пока он не подумал, что я пришила его товарища в койке:

— У него жар и он не просыпается.

Молчун зашел в комнату, потрогал лоб Алексу, ненадолго вышел, после чего вернулся с чемоданчиком. Вот кому все ни по чем. Видимо он в школе посещал курсы оказания первой помощи или имел медицинское образование, раз вел себя так уверено. Не то, что я… сыкуха.

— Он пил самогон и вколол себе обезболивающее, — сказала, наблюдая за тем, как Молчун набирал в шприц лекарство.

Услышав меня, парень покосился на Алекса, затем убрал ампулу и достал новый шприц с другим лекарством.

Беспокойство за Алекса забирало меня в свои сети. Я могла бы промолчать и не предупреждать про алкоголь, присутствие анальгетика в крови. Кто мне такой этот уголовник, сбежавший из тюрьмы, чтобы я пеклась о его здоровье? Не за сладкий оргазм же отплачивала состраданием, и не за горячие поцелуи… И сама ответа не знала, но в душе кололо за него.

После укола Алекс перестал стонать и задышал ровно. Поблагодарила Молчуна я под аккомпанемент громкого урчания желудка, который в который раз за сегодня напомнил, что вообще-то тоже нуждался во внимании.

Парень покосился на меня, я стыдливо отвела глаза. Да, не ела весь день. Хорошо хоть в голодные обмороки не падала, хотя у меня и крошки хлебной во рту не было с утра. К Егору я тоже на голодный желудок поехала, о чем теперь жалела. Сейчас я была готова слопать бизона в одного. Целиком и косточки обмусолить. Каждый хрящик погрызть…

Молчун прочитал в моих глазах мечты о святом мясе, прошёл к выходу и в дверях кивнул мне, приглашая за собой. Я подошла к нему, поначалу подумав, что он мне что-то сказать хочет, а потом вспомнила, что парень не мог говорить. Он кивками звал меня за собой.

— Куда ты меня зовешь? Мне нельзя выходить из комнаты, — замотала я головой, испуганно оглядываясь на Алекса.

Я напоминала дрессированную собаку, которой было запрещено покидать пределы вверенного участка. Даже при открытой двери нельзя пресекать черту. Хозяин не разрешал.