Чтение онлайн

Дашка возвращается минут через десять, много смеется, и пьет тоже много. Савву она не замечает принципиально, и я стараюсь не контактировать с ним. Ничего удивительного, что он в скором времени отбывает. Легче от этого не становится. Пьяная Дашка срывается на танцпол, умудряется кого-то склеить, и Витька с Серегой с трудом утаскивают ее от случайного ухажера. В конце концов, она вырубается на диване в випке.

– Да уж, Морозова в отрыве, – смеется Витька, – кажется, вечеринку пора заканчивать.

Белосельский грузит подругу в такси, и сам усаживается рядом, обняв меня на прощание.

– Ты доберешься норм, Ли? – спрашивает перед тем, как уехать. – Дашку я выгружу, можешь не переживать.

– Все будет хорошо, такси загород тоже ездят, – улыбаюсь ему. – Рада была тебя увидеть, Вить.

– Взаимно. Надо чаще встречаться.

Я улыбаюсь, кивая, их такси уезжает сразу следом за Серегой и Мариной. Я остаюсь одна на парковке клуба и почему-то вспоминаю о том вечере, когда Дэн подвез меня домой. Осматриваюсь в поисках его машины и не нахожу. Конечно, что ему тут делать? Он дома с какой-нибудь очередной блондинкой.

Через пару минут приезжает мое такси, и я еду домой.

– Говорят, дочь Морозова вчера отжигала? – Яна намазывает на хлеб масло, усевшись напротив меня за завтраком. Я смотрю удивленно.

– Откуда ты знаешь?

Неужели кто-то узнал ее и выложил в сеть? Впрочем, Дашку это вряд ли сильно волнует. Но от отца ей может влететь. Опять же, она работает в администрации, какой-никакой, а статус.

Яна косится в сторону выхода и тихо продолжает:

– Не сердись на папу, Лин, он попросил Дэна, чтобы охрана за вами приглядела. Ну мало ли что, все-таки в ночных клубах пасется много отморозков.

Я не знаю, как реагировать. Это что, за мной типа слежка ведется? Это вообще нормально, что я не могу ни вздохнуть свободно, ни встретиться с кем-то, чтобы папа не узнал?

– Серьезно, отморозки? – спрашиваю, чувствуя, как голос дрожит от негодования.

– Успокойся, ну чего ты. Меня не спали, а? Ты не должна была узнать. Опять же, вдруг правда бы помощь понадобилась. Знаю, он немного перегибает палку. Просто он тебя любит и волнуется за тебя. Знаешь, как ему пришлось себя переломать, чтобы отправить тебя в Москву? Он надеялся, так будет лучше, ты станешь самостоятельной…

Я откидываю скомканную салфетку в сторону.

– А я не стала, да? – поднимаюсь со стула.

– Алин…

Иду до кабинета, в выходной отец после завтрака обычно уходит туда на пару часов. Внутри меня звенит злость, настолько сильно, что я впервые готова высказать все, что думаю.

– Можно? – я захожу со стуком, папа поднимает на меня глаза и снимает очки.

Моя решительность испаряется. Так было всегда: одного его взгляда достаточно, чтобы я начала переминаться с ноги на ногу и мямлить что-то невразумительное. А кабинет и вовсе не лучшее место для разговора. Он всегда мне казался его личным тронным залом, и все здесь как будто вопит: как ты посмела зайти без приглашения?!

– Что случилось, Алина?

Я вдыхаю и выдыхаю, призывая себя не отступать. Делаю несколько шагов вперед и говорю до противного дрожащим голосом:

– Это правда, что ты просил Дэна приставить ко мне охрану в клубе?

Папа недовольно вздыхает.

– Иногда Яна слишком много болтает, – замечает сухо, откидываясь в кресле. – Алин, это не потому что я тебе не доверяю, не подумай. Это просто мера безопасности. Я не хочу, чтобы тебя кто-нибудь обидел.

– Пап, так нельзя, – я делаю еще шаг вперед, пальцы рук неприятно подрагивают. – Я все понимаю, но так вскоре они будут ходить за мной и по улицам, вдруг кто обидит.

– Ты утрируешь, – он сдвигает брови к переносице, и я теряю остатки уверенности.

Он редко злится и никогда не ругается на меня. Да и не за что, в общем-то. Достаточно вот так нахмурить брови, как я становлюсь тише воды, ниже травы.

– Пап, я хочу больше самостоятельности, – облизываю пересохшие губы, чувствуя, как сильно бьется сердце. – Я хочу работать там, где мне интересно, хочу жить отдельно, хочу общаться с друзьями, не думая о том, что каждое мое слово будет подслушано каким-нибудь охранником. Это ненормально.

Замолкаю, отец сверлит меня взглядом, крутя между пальцев ручку, я инстинктивно опускаю на нее взгляд. Когда он аккуратно кладет ее на стол, снова смотрю на него. Удивительно, но папа больше не хмурится. И на мгновенье становится страшно уже из-за этого. Что он сейчас скажет?

– Что ж, – подытоживает папа. – Я тебя услышал. Давай поговорим спокойно. Садись.

Он кивает в сторону кресел, я аккуратно присаживаюсь на краешек, пока отец задумчиво покачивается в своем компьютерном.

– Есть наметки, или ты так, прибежала с возгласом негодования? – спрашивает папа.

Я откашливаюсь, выпрямляясь. Вот, как я и говорила, одними словами его не пробьешь. Жаль, что я не успела переговорить с Фроловым еще раз, но сейчас он – единственное, что я могу выдать отцу.

– Я говорила с Саввой Фроловым, у него успешный интернет-портал, и он предложил мне должность в рекламном отделе.

Папа вздергивает брови в удивлении, усмехается.

– Ну что я могу сказать, – вздыхает через полминуты раздумий, которые я сижу, как на иголках. – Об интернет-портале я слышал. И о Савве тоже. Надеюсь, советы я еще могу давать?

Он вздергивает бровь, в глазах насмешка, я растерянно лепечу:

– Да, конечно.

– Фролов, скажем так, спит со всеми без разбора. А ты девушка красивая, тут не поспоришь. И его предложение о работе может оказаться всего лишь способом подкатить. Потому что он наверняка видит, что ты куда более серьезная и недоступная, чем твоя подружка Морозова.

Я краснею, кажется, до корней волос. Я ведь ничего ему не говорила, а он знает все подробности произошедшего, при том что не был свидетелем. Не к месту приходит мысль: Дэн тоже знает? Охранник ведь наверняка рассказал сначала ему, а потом уже информация дошла до отца. Невесело усмехаюсь про себя: интересно, а он как это все интерпретировал?

– Давай сделаем так, – папа возвращает меня в реальность. – Я не против, если ты попробуешь. – Раскрываю глаза в изумлении, но ничего не говорю. – Надеюсь, тобой движет именно желание работать, а не роман с парнем, который затащил к себе в постель половину девиц нашего города.

– Только работа, – подтверждаю я.

– Если не сложится в силу тех или иных причин, пойдешь туда, куда я тебя устрою. Договорились?

Я закусываю губу, но потом киваю. Ну что ж, он имеет право ставить такие условия. Как ни крути, отец меня содержит.