Чтение онлайн

— Кто «она»?

— Не знаю. Они называли ее «товарищ Александра».

Вот тут до меня всё наконец-то дошло. Все осколки догадок наконец сложились в стройную красивую картинку. Черт... Получается, похищение Ясмины организовала сама Кетеван. А потом она сама и «освободила» ее. При этом, заметая следы, ликвидировала своих сообщников. Как-то так. Нет, несколько непонятных моментов все-таки остаются, к примеру: с какой стати она меня предупреждала о похищении, но их понимание уже не особо важно. Ай да красавица! Вот честно, просто умница. Впрочем, я тоже не лыком шит.

— Ну что же, один-один, госпожа Орбелиани, — хмыкнул я в голос и отбросил ремень в сторону. — Чувствую, наша новая встреча не за горами.

— Что-то не так? — Ясмина нерешительно повернулась ко мне. — Почему ты смеешься, Георгий? Ты уже не злишься на меня?

— Не злюсь.

— Правда.

— Правда. Но еще хоть раз...

— Клянусь, никогда!!!

— Вот и хорошо. Чуть позже нажалуешься тете Афине, что я тебя побил. Да, ремнем. Что? Я просто не хочу ее разочаровывать. А сейчас иди, накрывай стол. С друзьями пить буду...

И пили, всю ночь. Было за что. А уже в одиннадцать утра меня разбудил не менее похмельный Синицын и обрадовал, что капитана фон Нотбека сегодня на час дня вызывает к себе генерал Врангель. Мол, вчера забыл в запарке сообщить.

Уже было собрался послать и его и Врангеля куда подальше, но потом передумал. Ладно, встречусь последний раз. Не убудет.

Пришлось отливаться холодной водой и, едва протрезвев, ехать на встречу с «черным» бароном.

Вот какого хрена ему надо?

А ларчик открывался просто.

— Георгий Владимирович... — барон поморщился, глядя на мое помятое лицо, отвел взгляд и заговорил ровным уверенным голосом: — К сожалению, вследствие вопиющих просчетов в командовании, дело в Новороссийске движется к окончательной катастрофе. Я не могу оставаться в стороне в такую трудную минуту и решил организовать эвакуацию наших войск в Крым. План уже разработан, и вам придется предпринять некоторые действия в его обеспечение...

«Что? — признаюсь, у меня чуть глаза на лоб не полезли от такого афронта. — Не охренел ли ты, господин барон? Нет чтобы сказать “я подумал над вашим предложением и решил...” или “я решил принять ваше предложение...”, этот урод полностью упускает тот момент, что именно я надоумил его поступить таким образом. Твою ж мать, простите за мой французский. Он, видите ли, разработал план и милостиво разрешил мне его обеспечить... »

— Мы обладаем некоторыми суммами, — продолжил чеканить Врангель. — Однако они совершенно недостаточны. Вам придется изыскать недостающие средства в срочном порядке. Со сметой на расходы можете ознакомиться у моего порученца. Далее, реакция командующего союзническими силами в регионе, мягко говоря, неоднозначная, так что вам придется найти способ убедить его. Вы что-то подобное упоминали, не так ли? Однако ваши действия никоим образом не должны быть сопоставлены со мной. И еще...

«Знаешь, барон... — думал я, изображая внимание, — что-то мне кажется; вот ни хрена у тебя не получится, даже если с эвакуацией дело выгорит. Командующий без своих подчиненных не более чем ноль без палочки. А с таким отношением все очень скоро положат на тебя большой и толстый. Что реальные события и показали. Мало быть стратегом и тактиком, надо быть еще хорошим командиром. Так что... »

— Георгий Владимирович. Вы поняли, что вам предстоит сделать в первую очередь? — голос барона явно попахивал недовольством.

Я вынырнул из раздумий, пару секунд помолчал, а потом равнодушно сказал:

— Я подумаю, ваше высокопревосходительство. Подумаю над тем, что можно сделать.

Генерал с хорошо заметным недоумением уставился на меня. Видимо, он совсем не ожидал такой реакции.

— Разрешите приступать?

— Приступайте, — холодно бросил Врангель. — Попрошу отчитываться о проделанной работе каждый день.

— Как прикажете, ваше высокопревосходительство...

Покинув барона, я прошелся пешком по городу и остановился в небольшой уютной кофейне на набережной.

Чувствовал себя на удивление хорошо. С моря дул легкий соленый ветерок, светило яркое солнце, а раздражение, просто переполнявшее меня во время встречи, сменилось полным спокойствием. Я наслаждался удивительно вкусным кофе и неспешно размышлял о своем будущем.

С этого момента меня в Константинополе уже ничего не держит. Денег для новой жизни хватает с избытком. Осталось только рассчитаться с соратниками и решить, каким образом попасть в Европу. А дальше... Дальше видно будет. Спокойная и неспешная жизнь с любимым человеком, что еще надо? Правда, рано или поздно меня опять найдет Кет, с ключами-то я ее все-таки кинул, но это уже будет совсем другая история...

«Эй-эй, подожди... — вдруг стрельнула мысль в голове. — Какой покой? Какая спокойная жизнь? Не забывай; тело-то у тебя новое, а натура и мозги остались старые. Да ты сопьешься от скуки через полгода. Придумал тоже. Сам подумай, чем ты занимался после того, как сменил обличье? Воспользовался шансом? Хрен там. И сейчас не сможешь. Ну-ка, встряхнись и займись делом. Пни историю под зад, к примеру. А что, достойная задача. Главное, какой-нибудь благородный мотив придумать. Врангель оборзел? Ты что, армейские истины забыл? Он начальник — ты дурак, и наоборот. Совсем заносить станет “черного барона”, найдешь нового главнокомандующего. Не получится, ну и хрен с ним, зато шухеру наведешь. И как всегда на лавэ поднимешься. Самое время, чтобы половить рыбку в мутной воде. Движуха, только движуха. Вперед, твое высокоблагородие, тебя ждут великие дела... »

— А вот хрен!.. — буркнул я в голос, бросил на столик несколько монет и вышел из кафе. — А вот хрен...

А по дороге домой с ужасом понял, что внутренний голос в чем-то был прав.

Мощная громада корпуса гигантского линкора как нож масло резала свинцовые волны. Рядом, неукоснительно соблюдая ордер, шли несколько кораблей меньшего размера, в которых искушенный наблюдатель мгновенно опознал бы крейсера и эскадренные миноносцы.

А вслед за ними, подобно спешащим за квочкой цыплятам, значительно отстав и не соблюдая никакого строя, шла целая армада гражданских разнокалиберных судов, которую возглавлял сравнительно небольшой угловатый пароход с гордым названием «Димитрий».

На носу парохода стоял коренастый молодой мужчина в кожаной черной куртке на волчьем меху и вязаной матросской шапочке. Левой рукой он крепко держался за леер, а правой прижимал к себе удивительно красивую статную женщину в пушистом меховом манто и меховом берете, из-под которого выбивались иссиня-черные вьющиеся волосы.

— Георгий, как ты говорил, называется город, куда мы плывем? — не отрывая глаз от бушующей поверхности моря, прошептала женщина.

— Новороссийск, Ясмина, — коротко ответил мужчина. В отличие от своей спутницы, он смотрел не на воду, а на линию горизонта, на которой уже стали проявляться призрачные очертания береговой черты.

— Новороссийск... — медленно, тщательно выговаривая каждую букву, повторила Ясмина.

— Красиво звучит. А что мы там будем делать?

— Мы?

— Хорошо, что ты будешь делать? — весело рассмеявшись, поправилась женщина.