Чтение онлайн

Малышка нервничала. Она испуганно глядела на Ильгара, а он хотел немедленно броситься к ней и защитить. Неважно от чего. Но ему все время хотелось защитить его девочку.

А ещё Ильгар заметила, что Гардения едва заметно дрожит, а на ее щечках выступил красноватый румянец.

Она так боится осмотра? Или есть что-то ещё?

Послышался писк, и Ена подскочила на месте от напряжения. Мужчина с искателем как раз добрался до руки девушки и сканировал ее обручальное кольцо.

Мужчина вернулся к кольцу, и детектор пискнул вновь.

Сомнений не было — в кольце есть какой-то прибор либо подслушивающий, либо отсылающий геолокацию.

Больше подозрительных писков прибор не издал.

По такому же принципу обзвонили и самого Ильгара. Он оказался чист. А затем и пришло время для Дамира. Ена, конечно, боялась за сына, но Ильгар приложил все усилия, чтобы малыш не испугался и не заплакал.

— Мы протестируем кольцо, и все выясним, — сообщил мужчина, после того как уложил кольцо в специальный ящик, блокирующий любые электромагнитные волны. — Больше жучков не обнаружено.

— Отлично, — выдохнул Ильгар и притянул к себе все ещё немного дрожащую девушку. — Значит, теперь нам можно говорить.

— Правда? — обрадовалась Ена и даже выпрямилась от радости. — А что дальше?

— Дальше так же прозвонят твоего отца и Марата, — ответил Ильгар. — А потом тебя осмотрит врач. Не нравится мне как ты дрожишь.

— Со мной все в порядке, — заверила она и испуганно прижалась к Ильгару.

— Все будет хорошо, — Ильгар ободряюще погладил малышку по щеке. — В этом доме и со мной, ты в полной безопасности.

— Ладно, — сдалась она и вновь доверила Ильгару всю себя.

– Я не хочу к врачу, – жалобно сообщила я Ильгару. Я чувствовала невероятное облегчение от того, что снова могла говорить, но насчет врача я была категорически против.

Я осознавала, что чувствую себя не очень хорошо. Кроме того, так как я почти всю свою жизнь практически не выходила на улицу, у меня был слабый иммунитет, поэтому я быстро хватала всякие болезни. Однако сейчас, когда я все еще кормила Дамирку грудным молоком, я не могла позволить себе принимать антибиотики или другие лекарства. Я старалась есть побольше фруктов и пить травяные чаи, но это было все мое лечение.

В целом за время беременности и за весь этот год я ни разу не заболела. Были моменты, но после очень горячего душа и нескольких чашек горячего чая, симптомы быстро проходили. Поэтому сейчас я надеялась, что проверенные методы снова вытащат меня из этой непонятной по симптомам простуды. А может это и не простуда вовсе?

– Малышка моя, – Ильгар ласково погладил меня по щеке. – Я настаиваю. Он просто посмотрит тебя. Я прекрасно знаю что тебе сейчас нельзя принимать лекарства. Но у тебя уже есть температура, к вечеру она может подняться.

Я машинально приложила руку ко лбу, но не почувствовала что я горячая. Но все же я вздохнула с облегчением. Если Ильгар знает о таких тонкостях, значит, врач действительно не пропишет мне ничего лишнего. Поэтому я послушно направилась в соседний кабинет, пока Ильгар собирался «прозванивать» Марата.

Вообще этот дом, кажется, был не домом, а чем-то вроде клиникой. Скорее всего бывшей. В каждой комнате здесь был отдельный санузел, а еще масса медицинских приборов. Причем довольно больших и дорогих. Может быть, эта клиника была закрытой – только для таких беглецов как мы, или кого-то в очень похожей ситуации. Но все же эта клиника была максимально уютной и приближенной по интерьеру к домашним условиям.

Так же Ильгар познакомил меня с милой нянечкой, которая была приставлена чтобы помогать мне с Дамиром. Эту информацию я тоже приняла негативно. Мне совсем не хотелось, чтобы кто-то посторонний дотрагивался до моего ребенка.

– У каждого в этом доме есть браслет, – объяснил мне Ильгар. – Ни один врач или медсестра не могут уйти от дома дальше, чем на десять метров. Поэтому не бойся, что кто-то похитит тебя или Дамирку. Это очень серьезная организация, поэтому ты можешь полностью довериться нянечке.

Это мне показалось еще более странным. Бедные врачи. Неужели они добровольно согласились на такое заточение? И зачем? Им так много платят?

– У меня будет для вас дополнительное условие, – решительно заявила я нянечке, – пока вы с моим сыном вы не можете отойти от меня дальше, чем на пять метров. Ясно?

Я говорила очень твердо, когда дело касалось Дамира. В этот момент мне представлялось что я превращаюсь в самку коршуна, которая готова заклевать и разодрать когтями любого, кто притронется к ее детенышу. Поэтому «дружить» с нянечкой я не собиралась. Либо я буду главной, либо я никогда не доверю ей моего сына.

– Моя любимая язвочка, – Ильгар не стесняясь поцеловал меня в щеку, а затем добавил нянечке. – Принимай условия.

Девушка спокойно согласилась. Ее нисколько не оскорбил ни мой тон, ни мое условие. Поэтому я пошла к врачу уже в компании своей новой помощницы.

– Тридцать семь и девять, – заключил врач, когда взглянул на градусник. – Здесь уже без лекарств не обойтись.

– Нет, – я решительно мотнула головой.

– Вы не понимаете? – удивился он. – В грудное молоко так же будет поступать инфекция.

– Нет, – я снова отказалась. – Я не чувствую себя простуженной. Я ничего не буду принимать.

Врач лишь развел руками. Очевидно, я выглядела сейчас для него полной тупицей, но я всегда доверяла своей интуиции. Когда дело касалось моего сына, я ни капли ни в чем не колебалась.

– Я сообщу это Ильгару, – врач пожал плечами, думая, что я, наверное, боюсь Ильгара и во всем ему подчиняюсь.

– Сообщайте, – согласилась я.

Затем перехватила сына из рук нянечки и направилась обратно к Ильгару.

Только я вошла в ту комнату, где меня прозванивали, как увидела отца.

– Папа! – выкрикнула я, и моему сердцу стало так тепло в груди.

Как я соскучилась! Сейчас образ отца был для меня каким-то детским воспоминанием. Как будто я вернулась в то время, когда еще была девочкой-подростком и жила с родителями. Несмотря на то, что я чувствовала себя примерно в такой же опасности как и сейчас, но память услужливо заблокировала мне все негативные воспоминания, и я просто была рада видеть отца.