Дыхание жизни
Шрифт:
– Мне они не интересны сейчас ответила я. Она грозно смотрела на меня.
– Ты в последнее время много проводишь времени со своей бабушкой. Кажется, она вбила в твою голову много лишнего…
В комнату со стуком вошел отец. Он устало смотрел на мать.
– Идём, ты мне нужна… Я получил письма.
Мама спешно пошла за ним. Я мысленно поблагодарила Бога, не хотелось слушать нотации матери.
Глава 7.
Анита ближе к вечеру вместе с тётей и сестрой пришли к нам, чтобы позвать на прогулку маму. Но она пожаловалась на плохое самочувствие и осталась, я же вышла подышать свежим воздухом, но мысленно желала тишину. А моя тётя и Анита обсуждали все, что видели и кого видели. Я давно научилась вежливо улыбаться, но при этом не слушать речь человека. Надеялась, что никто не поймает меня. Я была погружена в свои мысли, что и не заметила, как мы дошли до мостовой. Если утром это место было шумным базаром с яркими пряными ароматами приправ и фруктов, то вечером тут была уютная тишина, слышалось медленная и очень красивая мелодия, которая заставляла закрыть глаза и погружаться в каждую ноту, в воздухе витал приятный запах пончиков, молока и корицы. Тётя, посмотрев по сторонам и не заметив никого из знакомых, буквально побежала туда. Я попросила Аниту остаться со мной у одного конца моста. И та осталась, пока тётя и её старшая дочь Элиза что– то смотрели в лавках, тусклый жёлтый свет еле освещал несколько прилавок, где все ещё что– то продавали.
Мой взгляд упал на конец базара, где несколько мужчин, перекрикивая друг друга, загружали мешки в машину. В одном из мужчин я узнала того, из– за кого не пошла дальше моста.
Я с трудом слышала их, и не понимала тех слов, что они произносили. Армянский язык я знала на хилую тройку… Знания остались лишь потому, что бабушка говорила исключительно на родном языке. Он кричал, чтобы все ускорились, и явно был раздражён. Что– то навеяло мне мысль о том, что он занимается чем– то незаконным. Ведь его глаза пытались о чем– то сказать… Но вот о чем?!
Энн вздрогнула, его глаза будто разоблачили её… Он смотрел на неё пару секунд, отвернулся и продолжил работу.
Я была уверена, что этот мужчина больше не посмотрит в нашу сторону.
Не успела я опомниться, как осталась одна. Я уже было сделала шаг, но остановилась… Анита побежала к маме выпрашивать браслет, который видела утром на базаре и только сейчас о нем вспомнила.
– Что за нелепость, пробубнила Энн.
– Ваше высочество недовольно, ухмыльнулся мужчина и оказался перед ней.
Энн увидела его и от удивления сделала шаг назад. Растерялась, но быстро смогла собраться.
– Что вам надо?!
Этот незнакомец пугал её, но она все равно не собиралась терять самообладание. Тем более от него пахло спиртным.
– Вы меня покорили, он еле выговорил слова и хотел подойти ещё ближе.
– Не приближайтесь, прошипела она грозно.
– Ты же моя землячка. Тебе не стоит бояться, улыбнулся он мерзкой улыбкой, она готова была ударить его.
– Эй! Артак!
Энн увидела, что к ним приближается тот самый парень.
Оставь её… Тебе не нужны неприятности! – он говорил по– армянски, но Энн все понимала. Микаэль взглянул на неё украдкой, будто проверив, что с ней все хорошо, и снова обратился к мужчине. Затем вовсе помог уйти в другую сторону. Энн все также стояла. Спустя минут пять Микаэль вернулся к ней.
– Тебе лучше не стоять тут одной.
– С каких пор мы перешли на «ты»?! ответила она на русском, а он, будто не услышав её слова, продолжил на армянском.
– Тут много мужчин, которые расценят твою заносчивость и гордость только за то, что ты всего лишь играешь роль… Это кого– то может и заманить… От таких, как ты, одни неприятности последнее он произнёс тихо и смотрел вовсе не на ту.
– Послушай, ты, во второй раз в своей жизни она могла сорваться.
– Тише ты… Ты же не хочешь, чтобы нас увидели тут одних… Вдруг ещё подумают, что ты влюблена в меня и прибежала сюда ради встречи… По городу поползут слухи…
Энн открыла рот, для того чтобы, что– то сказать, как он начал удаляться. Сзади были слышны шаги. Оглядевшись, она увидела, как её знакомые девушки идут в её сторону.
– О Энн… Дорогая! Здравствуй!
– Здравствуйте, вежливо улыбнулась она.
– Мы тебе не помешали? Ты была с кем– то тут?
– Да, я здесь с сёстрами и тётей, но они ушли на базар, а от этих пряностей у меня разболелась голова… Вот и отошла от них сюда разговор завязался о жалобах на шум и запахи этого базара, которые они недолюбливали. Энн слушала их с холодной улыбкой и думала о совсем другом разговоре…
Глава 8.
Спустя два дня Энн спускалась по лестнице, когда увидела Микаэля в прихожей. Он о чем– то задумался и смотрел в окно.
– Здравствуй, сестра, Анита выскочила из кухни, но на нее Энн и не взглянула. Микаэль обернулся и увидев их, усмехнулся…
– Здравствуйте, дамы, произнёс он осипшим голосом. Энн остановилась на несколько ступенек выше и внимательно посмотрела на него. Наверно, голос охрип из– за того, что он постоянно кричит. Она хмыкнула. Его взгляд скользнул по ней, его привлекала в ней её высокомерность. Энн смотрела ему прямо в глаза. Она посчитала, что тут Анита лишняя. Им она мешала. Микаэль заметил огонёк её глаз и с холодностью принял его. Энн вспыхнула, но тут же пришла в себя. Лишь Анита с удивлением смотрела то на неё, то на него.
– Я принёс эскизы ваших колец… Ваш и вашего жениха, он сделал пару шагов и отдал два пожелтевших листа ей. Энн едва взглянула и ответила:
– Мне не нравится… Микаэль чуть было не сорвался с места, а она ухмыльнулась: "что– то не так?!"
Ладно… он развернулся и ушёл, громко хлопнув дверью.
– Грубиян! произнесла Энн и отложила эскизы на стол.
– Энн, удивлённо посмотрела Анита на неё… Но девушка прошла мимо в гостиную. Ей хотелось в сад. На свежий воздух.
– Они прекрасны, Энн! воскликнула вслед девушке Анита, любуясь эскизами. Боже мой… Какая красота, Энн! Тётя! Тётя!
Анита побежала на кухню. А Энн все быстрее шла в сад. Ей начал нравиться весенний ветерок, который ласкает гладь реки у мостовой, а сейчас касается её лица и шеи, и как шёлк касается рук и пальцев. Словно музыкант, который влюблённо играет на самом дорогом сердцу пианино.
Энн смотрела на красные розы, которые были так счастливы в этом цветнике, они тянулись к солнцу и наслаждались. Каждый лепесток был прекрасен. Они чудесно пахли. Им было так хорошо тут. Энн им завидовала. Цветам не нужно притворяться. Им достаточно молчать и цвести. Им не нужно изменять свою внешность и подстраиваться… Они и так прекрасны…
Садовник с улыбкой подошёл к девушке.
– Мисс Энн, вы уже долго любуетесь этими розами. Сорвать их и принести в вашу комнату? —с улыбкой спросил он.
– Нет, что вы. Прошу никогда не срывать их. Даже если попросит мама. Никогда их не трогайте. Хорошо?
Те мягкость и грусть, с которыми она любовалась на цветы, мигом испарились, и теперь глаза пронзительно метнулись на садовника.
Вам ясно? строже спросила.
– Конечно, улыбка исчезла с лица мужчины. – Никогда таким барышням не угодишь! пробубнил он, когда она уже скрылась в тени деревьев.