Чтение онлайн

– А ваша дочь, Татьяна Ивановна, меня не ценит и не уважает. Если бы уважала – могла бы и дома в выходной быть. С дочкой и мужем. Вместо этого она торчит на работе и подсылает вас, чтоб следить за мной.

Таня отмалчивалась, обещая самой себе больше не приходить к ним по выходным. Вот вечером Эля придет, и она все выскажет ей. Хватит уж терпеть выходки этого пьяного мужлана.

– Так и не приходи – Эля равнодушно пожимала плечами – Лара с отцом, он вполне может о ней позаботиться. Я им деньги оставлю на кино и детское кафе, а ты отдыхай себе.

Таня уходила домой, уязвленная до глубины души и давала себе слово, что в следующие выходные она не придет. Раз не нужна, раз мешает – пусть живут как знают. Но через выходные приходила и забирала Лару к себе.

– Ларочка, вы ходили в кино?

Девочка важно кивала. Она плохо ела, а Эля не обращала на это внимание, не считала за проблему.

– Подумаешь, ничего, еще возьмет свое – говорила обычно она, отмахиваясь от наставлений матери – я вот тоже плохо ела, но ничего, не умерла.

Она по-прежнему любила печь пироги. Напечет на всю неделю и забудет про готовку. В выходные оставляла деньги на кино и на мороженое, считая, что Олег сам чего-нибудь сготовит. Таня с тяжелым сердцем наблюдала, как разваливается семья дочери, но молчала, не зная, чем помочь.

– Бабушка, а зачем на кухне два стола?

– Это тети Гали стол, и шкаф этот не трогай, это ее шкаф, а наш вот – она показывала на подвесной шкафчик, и Лара послушно кивала – ты яичницу будешь?

Ларочке нравилась у бабушки все. Маленькая комнатка, заставленная старой мебелью, вышитые подушки и салфетки на полочках этажерки. Она готова была часами сидеть и слушать бесконечные воспоминания про деревенскую жизнь и походы в лес. Разговаривая с ней, Таня отдыхала душой, была бы ее воля – она оставила бы Ларочку у себя.

Глава 11

Осенний лес наполнен запахами сырой земли и прелых листьев. Горечь этих запахов смешивается с легкой грустинкой, разлитой в ярком чистом небе. Рябины как пылающие костры, пожухлая трава еще сохранила немного красок и не спешит расстаться с зеленым платьем. Солнечным лучом, купаясь в холодной росе, скользит последняя бабочка в поиске запоздалых цветов. Ларочка как заведенная бегала за бабочкой по мокрой траве.

– Надо было резиновые сапожки взять, кто же знал, что тут такая сырость. Ночью заморозки, с утра иней на траве – все не предусмотришь.

Таня молча слушала трескотню Эли, ее раздражало бессмысленность разговора, хотелось тишины и наслаждаться природой. Они специально поехали на неделе, чтоб народу поменьше и сейчас, глядя как радуется внучка, она была почти довольна, что поехала с ними. Если бы не постоянная пустая болтовня дочери, которая не замечала красоты окружающего мира.

«Музей «Малые Корелы» — это уникальное собрание памятников деревянного зодчества под открытым небом. Здесь, в 25 км от Архангельска, на территории около 140 га сосредоточено 120 самых разноплановых строений — церквей, часовен, колоколен, крестьянских усадеб, мельниц, амбаров, построенных в XVI — начале XX вв.

Музей «Малые Корелы» — это неповторимый синтез ландшафта, памятников и народного искусства. Каждый посетитель находит здесь то, чего ему так не хватает в суете современной городской жизни: тишину скромной северной природы, тепло деревянных стен поморских жилищ и храмов, очищающие душу колокольные звоны.»

Эта информация встречает каждого, кто оказывается перед воротами в заповедник и кому не лень читать. Таня редко здесь бывала, она не любила трястись в автобусе, но Эля настояла, чтобы поехали вместе. Надо показать ребенку лес.

– Эля, ну какой там лес, это ведь имитация деревни, музей для тех, кто никогда не был дальше города. Съездили бы в Дябрино, хоть на недельку, прокатились бы по реке. Ларочка бы увидела настоящий лес, коров и кур живых, а не на картинках.

– Не поеду я в Дяборино и не начинай этот бесполезный разговор. Бытовое пьянство мне надоело и дома, за этим не стоит тащится такую даль, чтоб выслушивать потом от этой родни, как мы возгордились и как их не уважаем.

Таня только вздыхала, все связи оборвались с деревенской родней и уж давно, как только она прекратила ежегодные поездки на малую Родину.

Блуждая меж деревянных домов и старинных колоколен, Таня испытывала ностальгию по тому времени, что никогда уже не вернется. Она все держала в себе, не делилась с дочерью, уверенная, что та не поймет ее. Эля родилась в Красноборске, большая часть ее жизни прошла в городе, где ей понять тоску матери по деревенскому захолустью.

– Пойдемте к маленькой часовенке, там такая красота и сама часовенка как из сказки.

Лара бегала и заглядывала в окна часовни, прижимаясь носиком к стеклу пыталась разглядеть, что там внутри.

– Мама, там кто живет? Баба-Яга? Можно нам зайти?

– Ларочка, никто там не живет. Заходить нельзя – видишь? Дверь заперта.

– Так может просто дома никого нет. Ах, как мне интересно, что там внутри. Окошечки маленькие, ничего не видно.

Лара еще долго бегала от окна к окну, возбужденно щебетала про Бабу-Ягу, пока Эля не взяла ее за руку и не отвела к скамейке. Дала ей бутерброд и налила чая из большого китайского термоса.

– Мама, ну чего ты там топчешься под окном, иди к нам пить чай. Или думаешь, что тебя внутрь пригласят – так не надейся. Ладно, ребенок глупый, ну ты то должна это понимать.

Таня и правда как прилипла к окошку, задумалась и ушла в свои воспоминания. Она удивлялась, что Эля даже здесь дергается и кричит, ведь кругом разлито такое спокойствие и красота, невозможно этого не чувствовать и не отдаться этим чувствам, забыв хоть на час о городской суете и бешеном ритме жизни.

– Бабушка, смотри какая красивая птичка!

– Где, Лара, а вижу. Это снегирь, в городе их редко встретишь. Это он на рябинку прилетел, после заморозков она сладкая становится, вот и спешит полакомиться.

Таня гладит рукой шероховатые бревна, почерневшие от времени. Кажется, только закрой глаза и оживет все вокруг, задышит. Побегут по воду бабы вон к тому колодцу, ребятня облепить тяжелые деревянные качели. Подводы с сеном и с зерном встанут под разгрузку у амбаров.

– Смотрите, здесь открыто, давайте зайдем.

Огромный, двухэтажный дом, высокое крыльцо и дверь приоткрыта, как будто приглашает зайти.

– Нет. Нам пора в обратный путь. У меня выходной, а я еще толком не отдохнула – Эля говорит резким, сухим тоном. Слова сыплются как градины среди летнего дня. Также неожиданно и неприятно. Сейчас Лара закапризничает, Эля начнет кричать, Таня смиренно ждет скандала, но внучка просто убегает опять в сторону лужка. Нет, так нет. А жаль. Таня бы зашла туда и просто посидела с закрытыми глазами.