Чтение онлайн

Комната зашевелилась. Она явно куда-то двигалась. Затем комната остановилась и стены стали прозрачными. То, что Миа увидела, заставило ее непроизвольно хрюкнуть. Она висела посреди стадиона в прозрачном кубе, а прямо под ней была сцена, залитая ярким светом прожекторов. Сцену окружала ликующая толпа. Все просто бесновались – от этого танцевальный партер и трибуны (которых Миа насчитала 15) походили на бушующие океанские волны. Ор, который издавала эта толпа, одновременно и пугал, и приводил в неописуемый восторг. Беснование продолжалось какое-то время, пока вся толпа не стала скандировать, сначала хаотично и невнятно, а затем более организованно и отчетливо, а потом и вовсе в унисон, как единый организм: – Ма-ша! Ма-ша! Ма-ша! Ма-ша!

Засветились огромные экраны, из середины сцены выехала светящаяся стойка с микрофоном. Стадион затих. К микрофону грациозной походкой подошло что-то очень блестящее и в перьях. В этом наряде было сложно узнать Машу, но это была она. Стадион молчал и звенел от напряжения. Было ощущение, что эта огромная масса людей превратилась в гигантскую живую пружину, которая все сжималась и сжималась. Сотни тысяч глаз следили за каждым движением кумира в перьях.

Маша одарила толпу взглядом, а затем томно, почти шепотом произнесла:

– Привет.

Описать, что дальше началось на стадионе, не взялся бы ни один из великих ныне живущих и уж тем более умерших мастеров эпистолярного жанра (это я про писателей и драматургов разных). Потому что такое не поддается описанию. Папа Мии – любитель слушать пластинки и параллельно рассказывать об исполнителе, – однажды познакомил дочку с творчеством английской группы под названием «Жуки». Видео с их черно-белого концерта произвело на Мию невероятное впечатление. Если честно, её поразили не песни группы, а то, что творилось в зале во время их выступления. Так вот, если бы эти «Жуки» хоть одним глазком увидели, что здесь происходит, то они просто обзавидовались бы. Публика безумствовала и верещала, словно тысячи выбросившихся на берег касаток. Кто-то прыгал как заведенный, кто-то- то пытался добраться по головам до сцены, а кто-то и вовсе падал в обморок от нахлынувшего приступа счастья. Чудо в перьях по имени Маша, как показалось Мии, просто стояла и наслаждалась происходящим.

Так бы все и продолжалось, если бы из-за кулис не выбежала вторая Маша, не та, которая Немаша, а та, которая наоборот – Даша. За Дашей гнались два верзилы-охранника по очереди выкрикивая в рацию: – Здесь «Дэ», здесь «Дэ»! – Но оказавшись на сцене, они замерли. Подбежав к Маше, Даша перехватила у сестры головной убор с пестрыми перьями и водрузила себе на голову, – бе, бе, бе, бе, бе! – кривляясь и явно пародируя сестру, прокричала Даша.

Стадион, как по команде, замер.

– Ну, Даша, отдай! – заныла Маша, пытаясь дотянуться до перьев.

Стадион снова взорвался.

– Трям прям плюм пум тюм! – отбиваясь от сестры пролепетала Даша в микрофон. Стадион снова затих.

– Это моё!!! – завизжала Маша и набросилась на Дашу. – Стадион снова взревел.

«Ну, хоть теперь понятно, как это работает» – подумала Миа, наблюдая как девочки под улюлюканье толпы катаются по сцене. «Пора отсюда выбираться», – решила Миа и нажала на кнопку. Стеклянный куб спустился на сцену. Миа вышла и направилась к выходу. Заметив, что новенькая уходит, сестры как ни в чем не бывало прекратили борьбу и побежали за ней. Поравнявшись с Мией, Маша стала по частям сбрасывать свой наряд. Одинаковые помощницы, будто выросшие из-под земли, молча шли следом и подбирали детали костюма.

– Кто это? – спросила Миа, указывая на помощниц.

– Одноклассница, – ответила довольная Маша. – Много умничает в школе.

Как только они вышли из буфета, перья, которые были на голове у Даши, исчезли.

– А где? – удивилась Миа.

– Оттуда ничего нельзя вынести, – поправляя очки, пояснил Костя. – Как тебе? Впечатляет?

Миа кивнула.

– Это Маша еще не пела, – с ухмылкой продолжил Костя.

– Да мне эта не дала, – и Маша снова набросилась на Дашу. Даша, смеясь и уворачиваясь, стала убегать, петляя зигзагами.

– И так постоянно, – вздохнул Костя, провожая сестер взглядом. – Моё хочешь посмотреть? – обратился он к Мии.

– Если можно, – скромно ответила она.

– Можно, – и с каким-то уважением он полоснул по буфету мелом.

ГЛАВА 8

МАСТЕРСКАЯ УДИВИТЕЛЯ

Костя приоткрыл дверцу, пропуская новенькую вперед. Уже готовая ко всему, Миа перешагнула через порог буфета.

«Что это?» – удивилась Миа, но виду не подала. Но Костя все равно спросил:

– Ты удивлена?

Миа ничего не ответила. Перед ней была… обычная комната, обставленная мебелью из Икеи. Этот диван, стол, рабочий стул и стеллаж узнает любой ребенок, где бы он не родился. Здесь, где она ожидала самого необычного, привычное удивляло не меньше стадиона с фанатами.

Ох уж эта вездесущая Икеа. И Миа подумала, что если бы вдруг её похитили инопланетяне, (она представила существ в виде слайма и почему-то цвета фуксии, которые противно чвякают во время передвижения), и затащили бы её на свою космическую тарелку для исследований, то в их лаборатории, где Мии сто процентов вставили бы в глаза какие-нибудь штуки, она бы точно застала двух-трех слаймов, которые, тыкая своими щупальцами в инструкцию по сборке, ругаясь и булькая, собирали бы стеллаж из Икеи. И на вопрос: «А как так вышло?» – слаймы просто бы пробулькали: – «А что? Это удобно».

Но честно говоря, икеевская мебель – это всё, что было здесь «обычного». Всё остальное требовало объяснений: что это за провода? Что это за микросхемы? Что это за приборы? Что это за детали? Ощущение, что сюда заехал R2D2 (это был единственный робот, которого она вспомнила) и так сильно чихнул, что его разнесло на мелкие запчасти.

«Что это за место?»

– Это папина мастерская, – словно услышав ее вопросы, пояснил Костя.

– Это и есть «Твоё Место?» – растерянно спросила Миа.

Конец ознакомительного фрагмента.