Чтение онлайн

Пастор вылез из такси у кирпичного дома, в котором находилась итальянская траттория, огляделся. Остался доволен. Людей было достаточно, чтобы оставаться среди них неприметным, но не так много, чтобы они могли помешать. Движение транспорта было размеренным, в конце квартала находился переход, который мог пригодиться. Пастор пошел к перекрестку в том же темпе, что и прохожие.

Купил у лоточника теплую булочку, посыпанную шоколадной крошкой, и стал дожидаться на углу.

Шурессу по должности полагалось знать кратчайшие маршруты между двумя любыми точками города. К дому Холленд он всегда ездил по Чарльз-стрит.

Ведя машину, Фрэнк испытывал какое-то смутное беспокойство. Появилось это чувство, едва он вышел из кабинета Крофта, и не давало покоя, словно заноза. Он не мог понять, в чем дело, пока не стал приближаться к нужному повороту.

Как может Крофт приехать к Холленд, если не спросил адреса?

В машине Фрэнка был телефон. Он стал набирать номер и вдруг услышал оклик. На перекрестке стоял мужчина в шерстяной спортивной куртке, он просил его остановиться, поднимая что-то похожее на маленький бумажник. Шуресс свернул к тротуару. Мужчина находился в двадцати футах, в руке он держал удостоверение. С этого расстояния Фрэнк разглядел синие буквы: ФБР.

Шуресс среагировал совершенно естественным образом. Сомневаться в удостоверении или его обладателе у него не было причин. Он сразу счел, что агент нуждается в помощи. Лицо этого человека было спокойным, но глаза бегали, высматривая что-то или кого-то.

Остановив машину, Шуресс приоткрыл дверцу. Агент находился менее чем в пяти футах, по-прежнему наблюдая за движением на тротуаре. Прохожие с любопытством поглядывали на него и ускоряли шаг.

— Что случилось? — спросил Фрэнк, высунувшись наполовину.

Пастор стоял вполоборота к нему. Шуресс поставил обе ноги на тротуар. Рука его потянулась за полу куртки.

— Слава Богу, что я увидел вас, — сказал Пастор. — Там какой-то человек с винтовкой...

Не договорив, он повернулся лицом к Фрэнку. Хлопок пистолета с глушителем утонул в шуме машин. Направленная умелой рукой пуля двадцать второго калибра, пройдя через печень и желудок Шуресса, вышла слева сквозь грудную клетку, как Пастор и рассчитывал.

Рука Фрэнка так и не дотянулась до пистолета. Боль была такая, словно через его внутренности протягивали проволоку.

— Черт возьми, Фрэнк. Только четыре часа, а ты уже наклюкался. Подвинься, нельзя вести машину в таком виде.

Шуресс ощутил, как сильные руки приподняли его и пересадили на пассажирское сиденье. Пастор сел за руль и захлопнул дверцу. Сквозь ветровое стекло Шуресс видел, как мимо идут люди, совершенно не догадываясь о происходящем.

Правя одной рукой, Пастор повел машину, резко свернул, отчего Шуресс сильно ударился о дверцу. Преодолевая боль, он потянулся к ручке.

— Извини, Фрэнк. Так не пойдет.

Держа руку на сиденье, Пастор чуть приподнял ствол и снова выстрелил, ранив Шуресса пониже плеча. Вскрик прозвучал бульканьем в горле Фрэнка. Он почувствовал себя очень легким и решил, что надо держаться за что-то, иначе улетит. Запоздалая мысль овладела всем его существом.

Откуда он знает мое имя?

* * *

Холленд раздернула кружевные занавеси на узких, высоких окнах, выходящих на передний газон. Прошло уже почти сорок минут с тех пор, как Фрэнк позвонил, сказал, что приедет с Крофтом. Но их все еще не было.

Холленд удивило, что Крофт собирается приехать. Фрэнк добавил только, что тревожиться не нужно. Крофт «очень интересуется» тем, что с нею происходит. Фрэнк уже имел дела с Крофтом. Ему можно доверять.

После этого Фрэнк сразу положил трубку. Потом, размышляя, она вспомнила, что в тот вечер в Дубках Крофт вместе с другими выходил из библиотеки Уэстборна. Холленд почти ничего не знала о сенаторе, кроме того, что он и его иллинойсская организация явились решающим фактором в победе президента на выборах. Крофт слыл тяжелым человеком. Но Фрэнк за него ручался, к тому же эта фамилия не упоминалась в дневнике Уэстборна.

С радиотелефоном в руке Холленд расхаживала по гостиной перед высокими, до потолка, книжными шкафами. На глаза ей попался том греческих трагедий, и она уловила в этом какую-то иронию. Тысячи лет прошли с тех пор, когда жизни смертных и богов неразрывно переплетались. Однако люди мало чему научились за это время и, казалось, обречены были повторять древние ошибки. Холленд подумала, что совершила ужасный мистический грех: обрела знание, которое не может ни применить, ни вернуть. Ее искушал самый сильный из инстинктов — любопытство, и она уступила искушению.

Она не прочла надписи на каменной скрижали, не открыла запретного ящика. Бременем на ее душу легли тайны крохотной дискеты. Холленд знала, что комментарии, которые она слышала, и документы, которые видела, являлись правдой о Чарльзе Уэстборне, о некоторых самых могущественных людях страны. Побуждаемая отчаянной потребностью знать, она просмотрела всю дискету. Теперь уже ничто не могло быть прежним. Потому что эти откровения ужаснули и разгневали ее. Потому что она чувствовала себя обманутой, преданной теми, кто клялся оправдать народное доверие.

Но ужас на этом не кончался. Ко всему, что она узнала, добавилось еще одно: в конце записи Уэстборн сказал, что есть вторая часть дневника... где-то.

И они, кто бы то ни был, будут искать ту, что у меня...

Холленд поняла, почему убили Уэстборна. И осознала, что имя его врагам — легион. Как распознать человека, руки которого уже в крови?

Холленд чуть не подпрыгнула, когда телефон в ее руке зазвонил.

— Агент Тайло? Говорит сенатор Крофт.

— Все в порядке, сенатор? — встревоженно спросила Холленд.

— Конечно, мисс Тайло. Просто хочу сообщить, что мы с Фрэнком задерживаемся.

Холленд прикрыла глаза, пытаясь замедлить сердцебиение.

— Мисс Тайло? Алло?

— Прошу прощения, сенатор.

— Я звоню из машины. Будем у вас через пять минут.

Голос Крофта звучал ободряюще.

В трубке послышался треск, связь прекратилась.

Отлично. Они почти здесь. Еще несколько минут.

* * *

Пастор находился в двух минутах езды от дома Холленд, когда в машине зазвонил телефон. Он взял трубку, зная, что звонит Крофт, назвался и стал слушать. Сенатор говорил всего несколько секунд. Пастор свернул в боковую улочку и принялся объезжать квартал. Холленд находилась на месте, и он не хотел встревожить ее, появившись слишком рано.