Чтение онлайн

Какое-то время парень взирал на ночного гостя, но скоро тот ему надоел, ведь он даже не двигался, а всё смотрел, перебирая длинными пальцами краешек покрывала, сползшего с кровати. Переборов себя, Шизик прошёл мимо него и забрал сумку.

Ждать утра парень не собирался. «Если уходить, то сейчас», – решил он. И с этими мыслями парень снова прошёл мимо мнительного монстра. Тот проводил его глазами, мерцавшими чудовищными флуоресцентными огоньками.

Выбраться из дома оказалось довольно просто, и даже по пути к дыре в заборе его никто не задержал – сторож спал с любовным романом на брюхе.

Мальчика сопровождали неясные тени и всякие голоса, предлагавшие ему остаться в доме, где было безопаснее, чем снаружи.

«Я им докажу, что это не болезнь», – прошипел парень кому-то неопределённому. Он направлялся к заброшенному заводу, где собирался провести остаток ночи и, возможно, найти некоторые ответы.

Глава 3

Ночной паб

Темнота немало пугала его. То существо, прятавшееся всегда за шторой и мерещившееся даже в часы действия препаратов, осталось дома, но это не означало, что больше никто не мог встретиться парню во время его пути к чему-то неясному.

«Неплохой костюм», – подумал Шизик, вспомнив о спортивном костюме, ныне неплохо согревашем его, а вместе с тем ненарочно и о Кате.

От мысли об этой девочке он сразу отмахнулся, будто та вдруг превратилась в надоедливую мошку.

Ночью на улице было достаточно прохладно, а задержавшаяся уже на целый месяц зима дала о себе знать сейчас. Шизик укутывался в свою большеватую для него куртку и, накинув на голову капюшон, дышал в ворот, закрывший ему лицо по самую переносицу. Пальцы, державшие ручку сумки, чуть окоченели.

До города насчитывалось около полчаса пути. Их парень одолел с большим трудом, и во время всего пути он не отрывал глаза от дороги, едва ли которую можно было разглядеть в темноте даже при свете, исходившем от малюсенького экранчика плеера.

Рядом кто-то (я молчал) нашёптывал, но Шизик не позволил себе надень наушники, чтобы хоть музыка отвлекла его – заряда плеера не могло хватить ещё и на это. Кроме того, голоса пока что хоть не так пугали, как реальные люди, ибо последние могли ещё и ударить, тогда как эти лишь болтали всяческую ересь.

Когда же вдалеке показались очертания заброшенного здания фармацевтического завода, парень несказанно обрадовался. Он ускорил шаг и в скором времени оказался у мусорных баков, и там повстречался с четырёхглазым котом, а затем забрался внутрь здания, где притаился на втором этаже, до куда не мог достать холод земли. Опустившись на пол, прямо на сумку со всяким своим тряпьём, Шизик прислонился к стене и прикрыл глаза.

Кое-что вспомнив, он достал из сумки потрёпанную книжонку и, на этот раз не постеснявшись использовать драгоценный заряд плеера, написал в ней пару строк.

К моему несчастью, записи невозможно было разглядеть из-за того закутка, где прятался я от своего шизофреника. Зато я нашёл кота. Точнее, это он меня нашёл. Этот чертяга забрался ко мне на колени, а ведь знал, друг мой, что я не смогу согнать его.

В то время, пока я, точно седая старушонка за вязанием крючком, наслаждался обществом кота и его мягким мехом (Боже, из чего сделаны эти шерстинки?!), мой Шизик закончил с записями и, убрав дневник, нахмурился. Бог ты мой, я чуть не пропустил это! Парень поднялся и, явно зная, куда лежал его путь, соскочил на второй этаж. Я, как мне ни было жалко расставаться с теплом на коленях, подкинул к нему кота, а сам осторожно начал пробираться следом. Я знал, что Шизик скоро столкнётся со мной, но мне хотелось бы отложить это на более подходящий момент.

К моему удивлению, мы пришли в бар. Вру, что «к удивлению», ведь я не первый год знаком с этим парнем. Давненько он хотел пробраться сюда. Право, не знаю, чем его могло заинтересовать это грязное местечко, по иронии судьбы втиснутое между свадебным салоном и кондитерской. К моему сожалению (это уже правдивая эмоция), я не мог раньше заглянуть далеко в голову Шизика – по наущению взрослых, он не позволял мне это. Теперь всё начало меняться. Возможно, что было бы неплохо, он понял, что я ему не враг. Скорее всего или даже «правильнее всего», меня стоило бы назвать тем же психотерапевтом, но наоборот – эдакий крышесносник с хорошими намерениями.

В первые минуты Шизик даже не мог понять, что побудило его покинуть фармацевтический завод. Многие желания вспыхивали у него в голове, но ни разу не возникало такого, которое бы подстрекало его без ведомой причины посреди ночи отправиться в какой-то там крохотный бар.

Место это, называемое «Содом и Гоморра», что можно было бы посчитать довольно смелым решением, если бы хозяин боялся погибшей интеллигенции, было грязно. Несомненно, городская санэпидемстанция позаботилась, чтобы внутри было чисто и на кухне не водились тараканы и крысы, но со нравами вряд ли могла побороться. Основной контингент бара составляли пятничные гуляки, задержавшиеся за стойкой до четверга и, кажется, не собиравшиеся покидать её. Также в уголке, рядом с нечаянно затесавшимися в эту часть города более-менее приличными приезжими, сидели красавицы-«пяденицы». Девушки мило ворковали с мужчинами. Никто из этой компашки не обратил внимания на тихо вошедшего в бар Шизика. Только бармен, лысый бородач с короткой толстой шеей, строго взглянул на парня и, когда тот подошёл к стойке, грубо сказал:

– Уходи, парень, подрасти тебе надо.

Шизик ответил ему тем, что, покопавшись в сумке, выудил из неё паспорт, уголок которого чуть подмок во время утреннего купания в луже, и положил его на барную стойку. Бармен поглядел на дату рождения, вслух произнёс год, указанный в паспорте, и, проведя некоторые расчёты в голове, с которыми он не справился, полез в телефон – должно быть, искал в нём счётчик возраста. Только спустя пару минут, во время которых Шизик сверлил его взглядом (этот мужчина всегда работал в этом баре и из-за витрины казался очень подозрительным типом, но не сейчас), мужчина отдал ему паспорт и поинтересовался, чего бы тот хотел выпить.

– Что-нибудь, чтобы согреться, – ответил парень, сразу опустив глаза, лишь только бармен взглянул на него.

– Деньги-то дашь? – спросил бармен.

Сконфузившись оттого, что сам не додумался достать деньги заранее, Шизик принялся копаться в карманах: он точно знал, что в каком-то из них завалялась пара сотен. Однако деньги куда-то закатились, возможно, провалились в дырку в кармане.

– Ладно уж, ребёнок, – вздохнул бармен. – Налью тебе кофе, но в долг. Если увижу потом, то вытрясу деньги.

– Спасибо.

На барной стойке, перед Шизиком, поместилась большая пивная кружка с густым кофе. Парень благодарно принял её и на секундочку поднял глаза на бармена, а затем сразу отвёл их.

– Чудной ты крендель, – поделился с ним своим впечатлением бармен. – Впрочем, в самый раз для нашего бара, – добавил он чуть погодя.

– А что не так с вашим баром? – осмелился задать вопрос парень.

Без капли сомнения могу сказать, что мой Шизик искал нечто странное и хотел услышать подобное от бармена. Однако этот неотёсанный мужлан, как говорят педантичные мамочки из старых мотков кинолент, обязан был его расстроить. Одних слов об обстановке было вполне достаточно.