Чтение онлайн

– Мне все равно. Я обещал, что приеду за ней и заберу. – Шагнув мимо матери, я прошел к двери и остановился, удивленно разглядывая… мати! Только что та стояла у кровати, и вот она снова передо мной! – Пропусти. Если ты не позволишь забрать ее сейчас, я сделаю это потом. Время неважно. Она будет моей!

Грубо ее оттолкнув, я рванул на себя дверь, выскочил на лестницу и, не видя ступеней, бросился вниз. Только бы бежать! Движение позволяло почувствовать новообретенную скорость, ловкость и силу. Боги, еще чуть-чуть, и мне понравится быть бессмертным! Толкнувшись в створки массивных дверей, я удивился тому, как легко они распахнулись, выбежал во двор и замер, изо всех сил зажмурившись. Солнечный свет ослепил так, что мне показалось, будто я уже никогда не смогу видеть. Я услышал, как кто-то подошел ко мне. Чьи-то пальцы крепко сжали плечо, и раздавшийся рядом со мной голос Барона заставил чуть приоткрыть веки.

– Это всего лишь солнце. Ты слишком долго провел под сводами замка. Твои глаза отвыкли от его лучей. Не бойся. Пока ты пьешь живительный нектар, ничто не сможет нарушить твою защиту.

Я взглянул на него.

– А что, есть такие, кто добровольно отказывается от… от «защиты»?

– Есть. Ты уже имел честь встретится с ними в имении твоей драгоценной Катарины, да упокоит Господь ее душу. Существа, убившие по моему приказу всю ее семью, когда-то тоже были бессмертными, но… лишь раз попробовав кровь животных, навсегда потеряли возможность снова стать одними из нас. В угоду жажде и слабости они навечно обрекли себя быть рабами, зависящими от нас, от наших амулетов, защищающих их от солнечных лучей и разложения. Как бы тебя ни мучил голод – никогда не пей кровь низших.

Оглядевшись, я заметил всего трех дворовых, убирающихся на скотном дворе (никто не встанет у меня на пути, если я попытаюсь сбежать), и смело посмотрел Барону в глаза.

– Я понял. Но… ты оговорился, и я хочу тебя поправить.

– Оговорился в чем? – Барон удивленно вскинул бровь.

– Ты позволил себе не очень-то вежливо отозваться о моей избраннице, – охотно пояснил я. Ощущение невероятного могущества и какая-то бесшабашная ярость усыпили чувство самосохранения. Страх исчез. Осталась только вседозволенность и правота! – Поэтому в дальнейшем…

– Вот как? – перебил меня Барон. – И что в моей речи тебя оскорбило?

– Ты отозвался о Катарине так, будто ее нет в живых! – Я выдержал его взгляд. И тут услышал легкие шаги. Через несколько мгновений дверь беззвучно открылась, выпуская во двор мати. Я стоял к ней спиной и не видел ее, но вместе с услышанными мной шагами в сознании тотчас появился образ. Интересно, сколько еще талантов мне придется в себе открыть?

Барон одарил ее мрачным взглядом и посмотрел на меня.

– Мне жаль.

Сердце бешено забилось, толкая по венам отравленную кровь. Я ничего не спросил. Просто смотрел на него и знал, что он скажет.

– Катарина пошла против воли графини Мареш. В тот день, когда ты прибыл в замок, должна была состояться ее свадьба. Она отказалась. Белохвостые предложили ей выбрать между честью и смертью. Она выбрала смерть.

– Что они с нею сделали? – Отчаяние, неверие и ярость терзали меня кинжалами боли. Катарины больше нет? Больше нет той, что удерживала меня на краю безумия? И я должен в это поверить?

– Это мне неизвестно. Но мои слуги знают, где ее могила. – Лицо Барона по-прежнему оставалось бесстрастным. – Мне действительно жаль. Но… война продолжается. Хочешь ли ты отомстить за смерть любимой?

Я только кивнул и закрыл глаза. Что-то внутри меня умерло этим утром. Наверное, моя душа».

– Скажи, кем она была для тебя? – Я с трудом оторвалась от мерцающего экрана и посмотрела на Влада. Спросила и сама испугалась. Хотела ли я знать правду?

Какое-то время Влад, словно не слыша меня, сосредоточенно читал, затем поднял на меня глаза, в которых плескалась чернота ночи.

– Ты сейчас о ком?

Я помолчала, набираясь смелости, и выдохнула:

– О Катарине. Я ведь на нее похожа?

Он побуравил меня взглядом, усмехнулся и вдруг качнул головой:

– Нет.

И снова уставился в книгу.

Разочарование сдавило горло. Я еще какое-то время смотрела на его четкий профиль и уткнулась в ноутбук. Впрочем, может, это действительно так? Возможно, на Катарину похожа Вера? Поэтому он с ней так любезничал с самого начала? Кто бы подсказал!

Сдержав вздох, я продолжила читать:

«Следующие полгода я провел словно в забытьи. Тренировки, в которых проходили дни, сменялись упоением сражения, наслаждением от убийств. Ищейки Барона выслеживали, где и когда будет охотиться стая, и как бы старая графиня ни прятала подданных, на следующее полнолуние она опять оплакивала все новые и новые жертвы.

Я стал лучшим охотником среди слуг Барона, но хуже всего было то, что я сам стал его слугой, слепо выполняя приказы, пытаясь потушить пожар ненависти и боли. Я стал машиной для убийства тех, кто лишил меня Катарины, но тогда я не понимал одного. Истинных виновников ее смерти я не найду никогда…

Это случилось за несколько дней до майского новолуния.

В темные дни перед новолунием оборотни теряли силу, но охотники поговаривали, будто графиня Мареш и ее колдуны создали целый отряд тех, кто не зависел от магии Луны.

Из замка мы вышли уже за полночь. Десять лучших охотников могли справиться с довольно большой стаей, но сегодня мы шли не на охоту. Мати желала, чтобы мы проверили слух о существовании неподвластных Луне тварей. И они не заставили себя ждать.

Не успели мы пересечь границу владения графини Мареш, как нас атаковали. Стая небольшая, но твари дрались так отчаянно, что казалось, они готовы даже умереть, только не дать нам пройти дальше. Это было трудное сражение.

Обращение в бессмертного дало мне, как и многим, невероятную скорость и ловкость. У оборотней была лишь безмерная сила, ненависть и жажда убивать всех мне подобных.

Впрочем, в ненависти я бы мог с ними посоревноваться…

Не знаю, скольких я тогда убил. Я пронзал их отравленными кровью бессмертных кинжалами, глядя, как их человеческие глаза закрываются, чтобы уже никогда не увидеть света луны. В том бою мы тоже понесли потери. Несколько знакомцев, бывших со мной в ту ночь, рассыпались прахом, едва в их броне оказалась брешь. Зубы оборотней впивались в незащищенную плоть, даря покой смерти.

Где-то сзади послышался шепот Виктора, читающего заклинание, и тут же – визг раненого зверя. Я оглянулся. Отвлекся лишь на мгновение и почти сразу же почувствовал, как чьи-то зубы впились мне в перчатку.