Чтение онлайн

Я ещё немного посидела, раздумывая над ситуацией, в которой оказалась благодаря двум странным разным братикам, и уже хотела подняться, чтобы отправиться домой, игнорируя просьбу одного из них, как увидела, что в зал вбежал Джава, с большой коробкой в руках, перевязанной красной лентой. Смотрелся он крайне загадочно, и мне до жути стало интересно, что же он в ней притащил. Вероятно, у кого-то из клана день рождения, а они хотят устроить ему сюрприз. Я решила принять участие. Надо было поднять себе настроение. А радость на лице любого человека, если эта радость искренняя, передастся и мне, как по волшебству. Так что я последовала за ним.

Ребята скучковались в середине зала. Я пыталась разглядеть среди них своего мужа, но упорно не замечала. Либо он уже смылся, либо в схватке с Ильёй победа оказалась не на его стороне. Так ему и надо, не будет выпендриваться.

— Я думал, ты уже свалила, — задумчиво раздалось из-за спины из комнаты для переодевания.

— А я думала, тебя огрели скамейкой по лбу…

— Не смешно, — пожал плечами Шер.

— Зато жизненно.

— Много знаешь о жизни? — прищурился Артём.

Ответить было нечего. Настроение закатилось куда-то под плинтус или даже в район фундамента. Я направилась прочь.

— Эй, Королева Весны, стой! — донеслось из зала, я обернулась.

— Ребята, — начал торжественную речь Джава, то и дело подпрыгивая на месте. — Мы бы хотели вас поздравить…

Всё встало на свои места. Этот подарок, их загадочное кучкование и просьба Оливера. Кажется, его други дико рады, что Шерхан нашёл постоянную девушку, успокоил требующие разнообразия гормоны и перестал гулять, как мартовский кот. Облом, это неправда, но они пока этого не знают. Они надвигались на меня, я спиной надвигалась на развалившегося на скамейке Шера, потом я споткнулась и удачно приземлилась ему на колени. Выражать своё недовольство при друзьях мой муженёк не рискнул, но заикнулся о коровах, а я задумалась о кастрации.

Между тем, путь к отступлению через дверь оказался прикрыт живой стеной отчаянно радующихся парней и недовольных девушек, видимо, рассчитывавших ранее в своих мечтах на вакантное доселе место девушки Артёма Охренчика. Думаю, самое притягательное в нём, это его необыкновенная фамилия. Точно, именно из-за неё они и завидовали мне, ведь теперь в их глазах я главная претендентка на неё.

— С тем, что вы обрели друг друга! Мы даже не надеялись, что у нашего кобелюги, — за это слово Джава получил тычок в район межрёберья и вместо него речь продолжил Владимир.

— Что у нашего охренительного друга появится постоянная девушка, которую он искренне полюбит и будет лелеять, боясь выпустить из рук, — на этих словах он обвёл нас контурно руками, мол сами взгляните, я не вру.

— Ага, мы в шоке, — подтвердил Малик, держа за руку ту самую восточную красавицу.

— В ауте практически, — добавил Илья, пытаясь поймать нас в кадр.

— Мы не можем быть в ауте, это не футбол, — возразил Джава.

— Ещё как можем. Образно. Мозги напряги, — посоветовал педантичный Владимир.

— Их слишком много, чтобы напрягать, — отмахнулся парень с косичками по всей голове и достал из-за спины огромную картонную коробку.

— В связи с этим, — теперь слова произносил Дэн, — мы бы хотели вручить вам этот подарок, чтобы вы запомнили этот день, когда в наш коллектив влился новый человек, ты — Королева Весны. И мы надеемся, что ваша любовь будет такой же вечной, как наш презент.

Джава отдал мне коробку, улыбаясь как котяра, объевшийся сметаны. Я приняла и тут же развязала бант с нетерпением спешащего на пожар спасателя. Но содержимое немного охладило мой пыл. Зато у Шера вызвало шальную радость:

— О! Кондомы! Темно, парни! Респектоз! — возопил Артём, запуская руки в коробку. — Клубничные, банановые, малиновые. Прикольно. Рифлёные… И размерчик мой! Не, бразы, вы просто гениальны!

— Что там? — схватился за голову Дэн. — Ты, придурь, мы что договаривались купить? — накинулся он на Джаву.

— Ой, да ладно, это ж мазовая тема! Шеру понравилось же!

— Не, ты ваще безумен, — покачал головой Владимир. — У тебя же в голове постоянные сквозняки. Вот и надуло.

— Да ладно, парни, моей малышке тоже нравится, правда, киска? — вновь обжигая своим дыханием моё ухо, «продышал» в него он последнее обращение.

Такие моменты не могут не нравиться, когда оживлённые огненным дыханием мураши совершают перебежку от ушей к основанию шеи, даже волосяные луковицы пробудились, приятно щекоча. Я сразу устыдилась своей слабости и постаралась взять себя в руки. Нельзя постоянно попадаться на его издёвки. Я неопределённо пожала плечами и покраснела.

Тупой подарок. Только идиоту он придётся по душе.

— Всё, мы сейчас уезжаем, чтобы использовать это, — Шер обвёл правой рукой содержимое коробки, — по назначению.

— Ты что говоришь, хам! — возопила я.

— Ой, да ты не обращай внимания, — принялся защищать друга Илья, — он у нас слегка ущербный. Этот грубиян постоянно путает хамство с остроумием.

— Я заметила.

Шер одарил разговорчивого друга экранизацией своего внушительного кулака, затем схватил коробку в одну руку, меня в другую и, попрощавшись, принялся прорываться сквозь толпу.

— Ты давай не теряйся, заруливай к нам чаще! — обращались ко мне его друзья. — Мы тут каждый день на базе, так что ждём! Красотка, бросай на хрен этого кобеля и будь моей девушкой!

Шеру тоже досталась порция нравоучений и наставлений:

— Смотри, не обижай малышку! И как же она на тебя, неполноценного, запала? Ты её приворожил что ли?

В итоге мы все же прорвались к выходу, но около сторожа нас догнал один из малышей из группы Шера. Он остановился около моего благоверного, набрал в грудь воздуха, собрался с духом и произнёс:

— Вы — мой герой! Я хочу Вам подражать!

Боже, что за идеалы у ребёнка. Бедняга.

Артёмка сразу возгордился. Он любил ставить себя выше других, отмороженный у него мозг. Я думала, он сейчас этому шкету автограф свой даст с персональной фотографией. Но он удивил не только меня, но и своего малолетнего обожателя, суровым тоном и рвущимся наружу хохотом, который старался удержать из последних сил, разрешив:

— Ну, подрожи, подрожи!

Малыш надулся, но обиду решил не выказывать, просто скуксился, молча развернулся и ушёл. Я не удержалась и высказала свою точку зрения: