Чтение онлайн

— Расскажите мне, что вас беспокоит, — попросила Фифи спустя некоторое время. — Знаете, как говорят, «облегчить душу» и все такое.

— Если я расскажу тебе, ты сохранишь это в тайне? — спросил Фрэнк.

Фифи пообещала.

Запинаясь, глотая слова и иногда уходя от темы, Фрэнк рассказал Фифи историю о том, как встретил Молли в день демобилизации в Сохо. Слушая его повествование, Фифи на время забыла о своих проблемах. Она с трудом могла представить себе, что уравновешенный, довольно чопорный Фрэнк мог заняться сексом в пустынной аллее с кем бы то ни было. Но когда он полностью описал ситуацию и рассказал о совпадении, в результате которого он поселился через дорогу от той женщины, которая стала его шантажировать, Фифи сразу же поняла, что он говорит чистую правду.

— Она украла у меня все, — горько сказал Фрэнк. — Мои сбережения, мой шанс на счастливую жизнь рядом с дочерью и внуками в Австралии. Я бы простил ей это, если бы она оставила меня в покое, пока Юна умирала. Но Молли так и не перестала меня донимать. Каждый день я ожидал, что Молли все расскажет Юне и ее сердце этого не выдержит.

— Вы хотите сказать, что она все это рассказала в полиции? — недоверчиво спросила Фифи.

— Она все наврала, так что мне пришлось рассказать им правду. Как я уже говорил, Молли сказала, что у нас с ней была связь и что я просил ее бросить Альфи и уехать со мной. Она заявила, что я не прекращал своих домогательств, и когда она не выполнила моих требований, обозлился и начал создавать ей проблемы. Она считает, что я увидел, как они ушли на пикник, пробрался сзади во двор и убил Анжелу, чтобы досадить ей.

— Я никогда не слышала более нелепых обвинений! — воскликнула Фифи. — Вам ни в коем случае не стоило волноваться по этому поводу. Полицейские прекрасно понимают, что представляет из себя Молли, и знают, что эта история — всего лишь отчаянная попытка свалить вину на кого-нибудь другого. Если бы они думали, что вы на такое способны, они бы вас арестовали.

Фифи было очень жаль Фрэнка. Она обняла его и сказала, что полиция должна найти его отпечатки пальцев или другие улики, чтобы доказать, что он побывал в доме у Маклов.

— Откуда вы могли знать, что они уйдут и оставят Анжелу одну? — твердо произнесла Фифи. — Даже если бы вы знали и хотели убить ее, вы вряд ли рискнули бы пойти туда утром, когда вас могли видеть так много людей.

Фрэнк не ответил. Он молча сидел с опущенной головой, как олицетворенное страдание.

— Ты очень добра ко мне, Фифи, — ровным голосом сказал Фрэнк. — Но теперь оставь меня, пожалуйста, одного. Я не хочу об этом больше говорить.

Это прозвучало слишком резко и задело Фифи, так как она просто хотела помочь. Она намеревалась спросить Фрэнка, что же в конце концов решила полиция, неужели они его действительно подозревают. Но затем Фифи поняла, что не сможет больше ничего от него добиться, и, чувствуя еще больше жалости к себе, чем раньше, отправилась проведать Иветту.

Когда ответа на звонок не последовало, Фифи постучала в окно. Она слышала, что в доме играет радио, стало быть, Иветта была дома.

В конце концов Иветта приоткрыла дверь и выглянула в щелочку. Глаза у нее были красные от слез.

— О Фифи! — воскликнула она. — Я не могу с тобой сейчас говорить, я слишком расстроена. Ко мне приходила полиция, и они все время стучат и двигают вещи по соседству. Мне придется куда-нибудь пойти, чтобы не слышать всего этого.

— Пойдем ко мне, — предложила Фифи. — Я угощу тебя чаем, и мы сможем поговорить.

— Нет, я не могу, — сказала Иветта. Ее руки дрожали от волнения. — Мне нужно побыть одной.

Фифи подумала, что все, кроме нее, хотят побыть в одиночестве.

— Хорошо, — произнесла она. — Но если передумаешь, ты знаешь, где я живу.

Немного позже Фифи отправилась в магазин на углу за хлебом и натолкнулась на группу из шести женщин среднего возраста, которые судачили о смерти Анжелы. Никто из них не жил на Дейл-стрит, но Фифи часто видела их неподалеку.

Женщина с повязанным поверх кудряшек шарфом и с сигаретой в углу рта разглагольствовала об Альфи.

— Он проделывает это со своими девочками на протяжении нескольких лет, — авторитетно заявила она. — Две старшие понесли от него, и он выбросил их на улицу. Того, кто способен на такое, нужно подвесить за ноги и каждый день отрезать от него по кусочку.

Когда она увидела Фифи, ее глаза загорелись.

— Это ведь ты нашла девочку? Как она выглядела? Как он ее убил?

Фифи могла понять ее интерес, но в том, как женщина задавала вопросы, было что-то отталкивающее и мерзкое.

— Если вас что-то интересует, пойдите и спросите у полицейских, — резко ответила Фифи.

Женщина так удивилась, что сигарета выпала у нее изо рта.

— Высокомерная зануда, — сказала она, подняв сигарету. — У тебя и дерьмо, наверное, цветами пахнет.

Фифи повернулась и ушла из магазина, ничего не купив, с пылающим лицом. До вчерашнего дня это место казалось ей родным домом, теперь же она чувствовала себя здесь чужой. Если две старшие дочери Альфи и правда забеременели от него, почему никто не сообщил об этом в полицию? Что тут со всеми происходит? Почему они все такие бесхребетные?

Задыхаясь от возмущения, Фифи направилась к себе домой. Она увидела мужчину, который разговаривал с миссис Блексток, жившей на первом этаже дома номер три. Они с мужем были уже пожилыми людьми и часто плохо себя чувствовали. Фифи говорила с ними всего пару раз, так как они редко выходили из дому.

Она догадалась, что этот мужчина — журналист. Он был невысокий и тощий, в очках и очень дешевом мешковатом костюме.

— Я ничего не знаю, — твердила миссис Блексток. — Мы с мужем почти ни с кем не общаемся.

Фифи заметила, что миссис Блексток была напугана. Она так крепко вцепилась в свою трость, что костяшки ее пальцев побелели.

Фифи похлопала репортера по плечу.

— Оставьте ее в покое, — сказала она. — И я думаю, вы ведете себя не совсем корректно, донимая людей и вытягивая из них информацию, когда тело маленькой девочки еще не успело остыть.

— Это вы миссис Фелисити Рейнолдс? — спросил мужчина, и его глаза за стеклами очков загорелись. — Это ведь вы нашли труп? Расскажите мне об этом.

— Нет, я не стану вам ничего рассказывать, — отрезала Фифи. — А теперь, пожалуйста, убирайтесь отсюда в ту помойку, из которой вы вылезли, и оставьте эту леди в покое.

Репортер от удивления открыл рот и попятился. Миссис Блексток поспешно захлопнула дверь, и Фифи пошла домой.

Закрыв входную дверь и поднимаясь по лестнице, она расплакалась.

Она не могла совладать с этим ужасом, поселившимся у нее в душе. Ее засыпали вопросами полицейские и журналист, и все пытались согнать на ней зло. Она потеряла ребенка, сломала руку, от нее отказались родители, и даже Дэн не остался дома, чтобы ее поддержать.