Чтение онлайн

Лариса была в ярости: прошло уже почти семь лет, как она поселилась в этом доме, а девчонка так до сих пор здесь. Никакая работа и плохое отношение не смогли Женю сломать, она по-прежнему даже слово против не сказала, как бы Лариса над ней не издевалась. Много раз мужа просила, чтобы он пристроил девочку куда-нибудь подальше от их дома, но он сопротивлялся, как мог, ведь не смотря ни на что, он очень любил дочь.

Однажды, в конце зимы, мачеха захотела выпить чаю, а Женя давно была у нее вместо личной прислуги, и приказала девочке подать чай и вкуснейшие кремовые пирожные. Когда же Евгения с подносом подходила к столу, то у её ботинка, державшегося на честном слове, как назло отвалилась подметка. Девочка на секунду потеряла равновесие, покачнулась, и этого было достаточно, чтобы поднос накренился, и всё его содержимое полетело прямо на платье мачехи. Визг и ругань мачехи в тот день наверняка слышали даже на другом конце села. Жене насилу удалось вырваться и спрятаться в конюшне, потому, что мачеха взбеленилась на столько, что была готова прибить нерадивую девчонку прямо на месте. Это и стало последней каплей терпения Ларисы. Вечером мачеха сказала мужу:

– Если ты от своей девчонки сам не избавишься, то я её убью!

Алексей погоревал, а делать нечего, изведёт ведь жена девочку, характер он её уже успел за эти годы хорошо узнать. Думал он, думал, да и ничего не смог лучше придумать, как отвести дочку к дороге, что соединяет их поселок с соседней деревенькой, авось кто пожалеет да подберет её. Идти решил завтра с утра.

На следующее утро Алексей нашёл дочку за работой, позвал её, объяснил, что да как. Сказал, чтобы одевалась и выходила из дому. Одеваться Жене долго не нужно было, одёжки то и так кот наплакал, вот накинула она себе на плечи старую (еще материнскую) шаль, да и вышла из дому.

На улице был апрель, снег практически весь уже стаял, остался только лежать в лесных ложбинках, да в чащах непролазных. Птички поют, от всей своей маленькой души, радуясь новой весне и приходу нового дня. Дороги начали потихоньку подсыхать от талых вод, дождей не было уже вторую неделю и селяне радовались, что в этом году земля быстрее прогреется для новых посадок. Шли они вместе вдоль дороги по обочине, на которой уже начинала пробиваться первая молодая зелень, в тягостном молчании, которое никто не решался нарушить первым. Так они вышли за околицу и продолжили путь к виднеющемуся невдалеке лесу. И, как бы не тягостно было их молчание, но нарушить его, казалось, тягостнее вдвойне. Женю ничего больше не радовало: ни приход новой весны, ни зелень под ногами; ни яркое солнце, что начинало припекать ей спину и плечи…

В этом мире не осталось ничего, что могло бы отвлечь девочку от раздумий. Она думала о том, что единственный родной человек, её сейчас предаёт. Предаёт тот, кому она больше всего верила и доверяла в этой жизни, какой в этом во всём смысл? Зачем она тогда вообще осталась жива, а не умерла той ночью вместе с матерью? Она никому не нужна, абсолютно никому. Что теперь ей делать, как быть? В одночасье она осталась в одиночестве и без крова над головой. Её маленькое сердечко разрывалось от боли и страха. Да, она боялась, боялась будущего, если оно вообще у неё когда-нибудь теперь будет.

Алексей оставил дочку в лесу, но рядом с дорогой, строго настрого наказал домой не возвращаться, иначе всем худо будет, и ушёл. Кто бы знал, как тяжело ему давался каждый шаг, как он каждый раз отрывая ногу от земли, был готов плюнуть на все долговые обязательства мира, и вернуться. Обнять дочь и сказать, что он никому и никогда её не позволит больше обидеть. Но он не остановился, не повернулся, и даже больше ни разу не взглянул на свою дочь. Когда девочка осталась одна в лесу, то села на пенёк и горько заплакала. Столько горя и боли было в этих горючих слезах, что даже птицы перестали петь и притихли, звери во всех уголках леса замерли и чутко водили ушами. Всем казалось, что в звуке рыданий слышится звук разбивающегося на мелкие осколки хрустального сердца, чистого, как капля воды из горного ручья. А может им это не казалось?

Долго иль коротко плакала девочка, сейчас уже никто точно не скажет, даже она сама. Видит: идет по дороге бабушка с корзинкой наперевес, бабушка старенькая, а глаза такие добрые – добрые, Женя даже засмотрелась и на минутку перестала рыдать. Но потом потеряла интерес и снова заплакала. Бабушка увидела ребёнка и спрашивает:

– Что у тебя случилось, дитя? Чем я могу тебе помочь?

Но Женя продолжала плакать, она считала, что ей уже никто и ничем помочь не сможет. Тогда бабушка подошла поближе, обняла девочку и стала гладить по голове. Внутри у Жени как будто прорвало плотину из чувств и эмоций, и она заплакала с новой силой. Когда же рыдания стали тише, а всхлипы почти сошли на нет, бабушка спросила, как её зовут.

– Меня Женей зовут, – продолжая глухо всхлипывать, тихонько сказала девочка.

– А как ты тут оказалась и почему плачешь? – так же гладя по голове девочку, спросила бабушка.

– Если коротко, то меня выгнали из дома и мне некуда больше идти, – вытирая слёзы, сказала Женя.

– А за что тебя выгнали? – доставая из кармана платок и подавая его Жене, спросила бабушка.

– Просто мачеха меня невзлюбила и приказала отцу от меня избавиться, а он пожалел и отвел сюда в надежде, что кто-нибудь меня заберет к себе, опустив голову ещё ниже, – сказала девочка.

– Так вот оно как! – с возмущением воскликнула пожилая женщина.

– Вот так, – прошептала еле слышно девочка.

– Ну, ничего, Женя, я тебя заберу жить к себе. Дом у меня большой, живу я одна с кошкой, места всем хватит. Пойдем со мной. А по дороге, я расскажу тебе о себе и своей жизни, а ты расскажешь, про свою, – с этими словами бабушка взяла девочку за руку, и повела по дороге вглубь леса.

Женя не сопротивлялась, выбор-то у нее был не велик: или идти с незнакомой старушкой; или ждать пока кто-нибудь другой подберёт, что вряд ли; либо ждать пока волки загрызут. Девочка выбрала первый вариант и пошла с бабушкой.

– Меня зовут Ангелина, можешь звать меня либо по имени, либо как тебе будет удобно, – начала говорить бабушка.

– А далеко ваш дом? – спросила Женя.

– Не очень далеко, на краю этого леса, только мы скоро свернём на неприметную тропинку, которая и выведет нас прямо к дому. Не переживай, я добрая волшебница, я не причиню тебе вреда и не обижу, – продолжала рассказывать Ангелина.

– А добрая волшебница это как? Что вы умеете? – сразу оживилась Женя. Она раньше сталкивалась с волшебством только в книжках и рассказах нянюшки. Она знала из разных разговоров, что волшебники существуют, но их осталось в мире очень мало, и они редко когда показываются людям.

– Ну, вот ты и ожила, – с доброй усмешкой проговорила Ангелина.

– Волшебники вообще много чего могут, но главное в этом доброта. Нужно чтобы любое волшебство несло доброту, иначе мы не можем. Волшебство сразу пропадёт, если волшебник сделает хоть одно недоброе дело. Основным нашим инструментом чтобы создавать чудеса является волшебная палочка, без неё, конечно, тоже можно, но это не каждому под силу. Для того чтобы без палочки волшбу творить, нужно специальное обучение пройти на острове Ингрэм, что в Широком море находится. Но об этом я как-нибудь в другой раз тебе расскажу. Так вот, с палочкой гораздо легче чудеса творить, чем без неё, – объяснила бабушка.

Она продолжала вести Женю за руку по лесу, они уже свернули на тропинку, и шли незнакомыми для девочки местами. Но она этого даже не замечала, слушая бабушку с открытым ртом, настолько ей всё было ново и интересно. Женя даже на какое-то время забыла, что в её жизни произошло буквально ещё час назад. Бабушка рассказала про свой дом, он у неё оказался двухэтажным с летней верандой. На первом этаже были: кухня, гостиная, купальня, чулан и туалет. О туалете, точнее о том, что он находится в доме, а не на улице, как привыкла, девочка даже переспросила, решив, что в первый раз просто ослышалась. Но нет, бабушка сказала, что когда придём к дому, она всё покажет на месте, и расскажет как, и что работает. На втором этаже, по словам бабушки, располагались четыре спальни, в каждой из которых находилось по туалетной комнате. Ещё Ангелина рассказала, что у неё живет трёхцветная кошка по имени Варежка. Когда Женя спросила, почему её так зовут, то Ангелина сказала, что когда она её подобрала в деревне, ещё совсем маленьким котёнком по зиме, то малышка сидела на, позабытой кем-то в играх, ребячьей варежке. Вот она и решила её назвать Варежкой, а дома просто Варей.