Чтение онлайн

Все эти хорошо продуманные идеи и глубоко обоснованные убеждения применяются о. Иоанном к прикладной области церковной жизни, к самому ее выражению – к богослужебной практике. Здесь сочетаются верность Преданию с историческим разнообразием форм. Здравое отношение ко второстепенному снимает всякую опасность искажения в литургической жизни и устраняет возможные конфликты и недоразумения. Единство в разнообразии – вот как можно было бы охарактеризовать историю православного богослужения, пронесенного через века. Для обеспечения требования единства наряду с признанием законности литургического творчества о. Иоанн предлагает критерий: «…изменяемость и развитие богослужения так же неизбежны, как и сама жизнь Церкви в истории… <они> есть вполне законные изменения и обогащения, которые всегда отражают подлинную церковную жизнь, связывающую нас с веком апостолов и отцов, делают эту жизнь доступной всем спасаемым в разные эпохи и в разных обстоятельствах» [29] .

В завершение следовало бы попытаться очертить место, занимаемое о. Иоанном Мейендорфом в контексте православного богословия XX века. Основную типологию этого периода он предлагает сам, усматривая «широкий спектр стилей, подходов и школ» [30] : 1) традиция догматических систем, представленная прежде всего греческой школой, она демонстрирует «внутреннее единство и согласованность с богословием греческих отцов в противоположность западному конфессиональному подходу»; 2) русская «софиологическая» школа, «родоначальником которой стал В.С. Соловьев», «ее представляют… великие имена П.В. Флоренского и С.Н. Булгакова. Их целью… был синтез христианства с традицией немецкого философского идеализма» (о. Иоанн не скрывал своего трезвого и критического отношения к этому направлению, хотя испытывал самое глубокое уважение к его представителям); 3) неопатристический синтез трудов «крайне критичных по отношению к софиологии» Г.В. Флоровского, В.Н. Лосского и архим. Иустина (Поповича), «инициаторов возврата к отцам», к ним примыкает румынский богослов Думитру Станилоаэ; 4) «евхаристическое» направление, к которому принадлежат Н. Афанасьев, А. Шмеман и митр. Иоанн (Зизиулас); оно сосредоточено «на экклезиологии и экуменизме». Отец Иоанн, несомненно, принадлежит к последним двум направлениям православного богословия в XX веке. Историко-теологическая природа его творчества питается всеми богатствами святоотеческого наследия церковного Предания и получает полноценное применение в широкой церковной деятельности, разворачивающейся в богослужебной жизни, в плодотворном взаимодействии с другими христианскими традициями и в надежном свидетельстве о правде христианства в современном мире.

Настоящий том продолжает дело распространения наследия выдающегося богослова русского зарубежья XX века о. Иоанна Мейендорфа в русской церковной культуре. Значение этого большого начинания трудно переоценить, ведь судьба христианской культуры во вчерашней истории нашей страны трагична. От былого интеллектуального и научного богатства Русской Церкви на канонической территории к нашему времени остались лишь обломки, а возрождение былого величия проходит совсем не так успешно, как это ожидалось и виделось лет двадцать тому назад. И потому тем более возрастает ценность наследия русской церковной и богословской культуры, сохраненной и приумноженной подвигом тех поколений русских ученых, богословов, общественных деятелей и церковнослужителей, что оказались в изгнании. Вклад о. Иоанна в это наследие велик и разнообразен. Его спокойный, взвешенный тон, исключительная церковно-историческая и богословская эрудиция, прекрасная осведомленность в исторических и современных проблемах православия делают его труды незаменимым руководством для ориентации не только в историческом христианстве, но и в современной церковной жизни. И потому его наследие в отечественной духовной и научной культуре имеет большое будущее. По его книгам будет воспитываться не одно поколение думающих церковных людей, верных этосу православного богословия, которому столь неуклонно следовал сам о. Иоанн Мейендорф.

П.Б. Михайлов, доцент ПСТГУ

«Церковь в истории» – так отец Иоанн решил назвать серию книг, созданных разными авторами, в которых жизнь Церкви рассматривалась бы на общеисторическом фоне, неотъемлемой частью которого она и являлась. Его собственная работа – «Единство империи и разделения христиан: Церковь в 450–680 гг.» – была написана как раз для задуманной серии и стала второй в предполагаемом списке.

В редакционном предисловии к изданному в 2013 г. объемному тому статей отца Иоанна по богословию и патристике (Пасхальная тайна. М.: Изд-во ПСТГУ, 2013) мы писали, что огромный корпус статей – по истории Церкви, в том числе и Русской, по каноническим отношениям между Византией и Римом, Византией и Россией, проблеме «Петрова первенства», церковному устройству и церковному праву, миссионерству и отклику Церкви на вызовы современности – войдет в следующий том. И вот этот том готов, и мы назвали его «Церковь в истории» – потому что это название, избранное когда-то отцом Иоанном, наилучшим образом отвечает его содержанию.

Как и первый том, книга разбита на несколько разделов, чтобы помочь читателю сориентироваться в содержании и проблематике статей. Конечно, такое «размежевание» условно: в предисловии к первому тому мы уже говорили, что статьи отца Иоанна почти невозможно разделить строго по предмету исследования: широта его научных интересов и методология историко-богословского дискурса неизбежно соединяют в каждой статье богословие с собственно историей, экклезиологию с проблемами филетизма и современных юрисдикционных разделений, прошлое с настоящим. И только совокупность всех текстов даст нам представление о полноте взглядов автора и его позиции.

Российский читатель знает отца Иоанна по основным его работам (то же «Единство империи…», «Византийское богословие», «Иисус Христос в восточном православном богословии», «Византия и Московская Русь», монография о свт. Григории Паламе) и некоторым наиболее значительным статьям (сборники «Живое Предание», «Православие в современном мире», «Византийское наследие в Православной Церкви», «Рим – Константинополь – Москва»). Мы поставили перед собой задачу собрать статьи отца Иоанна, разбросанные по разным изданиям, опубликованные на разных языках, – и издали их почти в полном объеме. Иной раз у читателя может возникнуть ощущение узнаваемости текста. Это естественно: во-первых, как мы сказали, некоторые статьи отца Иоанна вошли в изданные в России и широко разошедшиеся книги. Во-вторых, именно в статьях отец Иоанн «нащупывал» тот угол зрения, ту остроту темы, к которой не раз возвращался в дальнейшем, в других статьях и книгах, углубляя аргументацию, шире привлекая источники и полемически заостряя отклик на иную точку зрения. Масштаб исследовательского горизонта отца Иоанна широк; живое чувство веры и любовь к Церкви движут его рукой, и потому его статьи всегда полемичны, ярки, написаны темпераментно и на одном дыхании.

Многие статьи о. Иоанна «произросли» из его докладов на конференциях, из выступлений во Всемирном Совете Церквей. В них мы видим отца Иоанна не только широко эрудированным ученым-патрологом, историком Церкви, но и сильным, открытым иной точке зрения полемистом, устойчивым в убеждении, что «Свет c Востока» – не просто фигура речи, но единственно верная, неискаженная историческая перспектива христианства. Два стремления, два убеждения неизменно присутствуют в этих выступлениях: уникальность православия как истинного выражения христианской веры и желание пробиться к зашоренному европейскому сознанию во имя диалога между Востоком и Западом и преодоления разрыва между Церквами, который автор считает катастрофической духовной и исторической ошибкой христианства.

«Препарирование» причин такого разрыва, в равной мере тяжело сказавшегося и на Восточной, и на Западной Церквах, разрыва, ставшего причиной изоляционизма и взаимного недоверия, – одно из основных и неизменных размышлений отца Иоанна. Полагая этот разрыв общехристианской трагедией, он постоянно возвращался к теме «Петрова первенства», снова и снова анализировал богословские и исторические обоснования, упорно утверждая, что сегодня можно и нужно преодолеть рудименты старых обвинений, на тысячелетие разорвавших некогда единое поле христианской ойкумены. Это разделение представляется отцу Иоанну абсолютным нонсенсом, преодолимой ошибкой, и он со всей проповеднической страстью и научной убедительностью призывает к диалогу во имя общехристианской миссии.

А христианская миссия, служение Церкви в современном мире, повсеместно увлеченном разнообразными идеями псевдоцерковного строительства, – главная тема пастырской озабоченности протопресвитера Иоанна Мейендорфа. Ей, в частности, посвящено множество заметок, коротких откликов, реплик «на злобу дня», размышлений о смысле праздников или иных событий церковной истории, собранных в двух книжках: «Vision of Unity» и «Witness to the World» – они еще ждут перевода на русский. Это авторские колонки, которые отец Иоанн вел как редактор ежемесячника «Православная Церковь» в течение двенадцати лет, с января 1965-го по декабрь 1984 г. (когда, став ректором Свято-Владимирской семинарии, оказался жестко ограничен во времени). Конечно, преимущественно это реплики на события внутри Православной Церкви в Америке, но отец Иоанн понимал эти заметки как важную часть своего служения, и потому оснащал их и исторически, и богословски.

Со дня кончины о. Иоанна прошло двадцать пять лет. Сегодня уже не подлежит сомнению, что церковно-исторической науке он оставил значительное наследие. Несомненно, эта наука, как и любая другая, не стояла на месте. Наверное, некоторые его утверждения сегодня можно уточнить и дополнить, иные – аргументированно оспорить. Сам он, как ученый чрезвычайно честный, был открыт мнению коллег и был бы только рад этому: углубление дискуссии всегда только на пользу науке. Оглядывая в целом написанное отцом Иоанном, можно только восхититься глубиной его знаний и интенсивностью научного поиска. Невозможно не согласиться с точностью его прозрений не только в поле специальных историко-богословских исследований, но и относящихся к современности, к той религиозной «лоскутизации», с которой он сам постоянно сталкивался и с которой не уставал бороться. Всеобщая история и история Церкви дали ему ключ к пониманию причин внутрихристианских протестных движений и их разрушительных последствий. Зная, что «ничто не ново под луной», он снова и снова возвращался к задачам миссионерства, вселенского единства и предостерегал от церковного консерватизма.