Чтение онлайн

После получения официального ответа из министерства юстиции моего знакомого пригласили в федеральную полицию, где в присутствии судьи он принял присягу, обязавшись соблюдать конституцию и законы Бразилии и быть добропорядочным гражданином; судья ознакомил его и других новых граждан с содержанием бразильской конституции и предусмотренными ею правами и обязанностями. После этого ему вручили свидетельство о приеме в бразильское гражданство и оформили удостоверение личности бразильского гражданина и загранпаспорт. В реальной жизни это приобретение мало что меняло. Он не собирался поступать на государственную службу или выдвигать свою кандидатуру на парламентских выборах. Бразильская полиция не доходила в своем рвении до того, чтобы останавливать подозрительных людей на улице для проверки у них документов с целью выяснения их принадлежности к гражданству Бразилии. Это абсолютно никого там не волнует.

В Бразилии живет немало нелегальных иммигрантов. К их пребыванию на территории страны власти относятся весьма терпимо. Последние годы туда различными путями пробираются тысячи китайцев, корейцев, пакистанцев и, конечно, жителей соседних стран — Парагвая и Боливии. Гонит их нужда и отсутствие работы на родине. Всякий раз, когда набирается 200–300 тыс. «нелегалов», встает один и тот же вопрос: что делать с людьми, не имеющими никаких гражданских и социальных прав? И бразильские власти принимают простое, но очень гуманное решение. Каждые три-четыре года они проводят амнистию, позволяя нелегальным иммигрантам, прожившим на территории страны не менее двух лет, легализовать свой статус. Заниматься их депортацией никто не желает — слишком это хлопотное и дорогостоящее дело. К тому же Бразилия — очень большая страна, где найти приют и возможность трудиться могут еще многие миллионы людей.

На центральной площади города Гояния, расположенного недалеко от бразильской столицы, стоит памятник: три мужские фигуры изображают индейца, европейца и негра, поддерживающих каменный монолит. Видимо, его творцы хотели отразить в бронзе тот исторический факт, что Бразилия была создана трудом индейцев — коренных обитателей страны, европейцев и негров, прибывших сюда из Африки не по собственной воле. Культурно-этнический и экономический облик Бразилии формировался под сильным влиянием иммигрантов. Во второй половине XIX века бразильские власти стали активно стимулировать приток рабочей силы из Европы. Страна испытывала острую потребность в молодых и сильных людях для работы на кофейных плантациях и на предприятиях зарождающейся промышленности. К 1890 году в Бразилию прибыло около 1,5 млн. португальцев, итальянцев, испанцев, немцев и славян. В основном они поселились в южных и юго-восточных штатах. До сих пор там можно встретить этнические анклавы, в которых сохраняются обычаи, язык и культурные традиции их предков. На протяжении последующих десятилетий количество иммигрантов в Бразилии значительно увеличивалось. Многие из них подолгу жили на положении иностранцев, сохраняя свое прежнее гражданство. Их дети, родившиеся в Бразилии, автоматически становились бразильскими гражданами.

Когда я приехал в Бразилию, ее население достигало 105 млн. человек, из которых 3 млн. — иммигранты. Хотя эта цифра очень приблизительна, ибо в то время с учетом прибывших в страну иностранцев дело обстояло не так, как сейчас. Многие из них прожили на новой родине не один десяток лет, но так и не оформили бразильское гражданство. Для бразильцев они оставались иностранцами, однако они не растворились среди остального населения, поддерживали тесные связи со своими соотечественниками и старались следовать обычаям и традициям своего народа. Их роль в жизни бразильского общества очень заметна. Это меньшинство проявляло себя настолько активно, что без его участия в предпринимательстве, науке, культуре и других областях человеческой деятельности Бразилия не достигла бы тех результатов, которые вывели ее на передовые позиции в Латинской Америке. Кто же эти люди, приехавшие в Бразилию и оставшиеся там навсегда?

В большинстве случаев это были люди с решительным складом характера, познавшие нужду у себя на родине и решившие попытать счастья на чужбине. Обычно бразильские власти обеспечивали им бесплатный проезд, обещали дешевый кредит и землю где-нибудь в провинциальной глубинке, куда у них не было ни малейшего желания ехать. Но даже эти скромные обещания не всегда выполнялись. Чаще всего им приходилось самим решать свои материальные проблемы. Оказавшись без средств к существованию, вновь прибывшие иммигранты брались за любую работу на одном из промышленных предприятий Сан-Паулу, быстрый экономический рост которого во многом был обеспечен трудом иностранцев. Среди них встречалось немало инженеров, техников и квалифицированных рабочих. Иностранцы внесли существенный вклад в создание современной Бразилии. Позже почти все они стали бразильцами и продолжали заниматься созидательным трудом в Сан-Паулу, Куритибе, Жоинвиле, Порту-Алегри и других городах.

Нередко иммигранты прибывали в Бразилию, движимые мечтой добиться быстрого успеха. Им казалось, что у них есть все необходимое для этого: ум, сноровка, предприимчивость, хорошая профессия, и поэтому они легко преуспеют в новой жизни. Кое-кому действительно удавалось получить высокооплачиваемую работу или завести свое дело, которое приносило достаточный доход, чтобы жить вполне прилично. Но так случалось далеко не со всеми. Многие пасовали перед трудностями, о которых они даже не предполагали. В борьбе за хлеб насущный проходили первые годы. К этому времени иммигрант забывал свои прежние мечты и надежды, его энергия незаметно угасала, он становился все больше похожим на живущих рядом бразильцев и в конечном и юге смирялся с той жизнью, которая ему была доступна.

Большая часть иммигрантов состоялась в бразильской жизни. Хотя, конечно, по-разному. Кто-то сумел подняться высоко по социальной лестнице, кто-то остановился на вполне достойном уровне. Бедняки или абсолютные неудачники среди них мне встречались крайне редко. Как и истинные бразильцы, они не удовлетворены нынешним положением дел, жалуются на высокие цены и низкие доходы, хотя живут вполне прилично, и, разумеется, ругают правительство, которое всегда во всем виновато.

Среди моих знакомых были иностранцы, прибывшие в Бразилию из Европы в 1947–1955 годах. По их рассказам, в то время они походили на оторвавшихся от реальной жизни мечтателей. Им казалось, что впереди — полная приятных неожиданностей жизнь. Сюрпризов действительно было много, но далеко не все их можно было отнести к таким, которые доставляют радость. На начальном этапе их ожидал тяжелый и низкооплачиваемый труд. В небольших провинциальных городах жизнь была очень примитивна по сравнению с той, которую они знали в Европе. Один мой знакомый приехал в Бразилию в 1948 году подростком с родителями, оказавшимися на чужбине после Гражданской войны в России. Его отец, в прошлом офицер царской армии, еще в Германии получил предложение одной фирмы наладить переработку молочных продуктов в Бразилии. Поселились они в небольшом городке штата Сан-Паулу, где отец взялся за строительство предприятия по производству сгущенного молока по немецкой технологии. Жизнь в городке была настолько убогой, что его мать пришла в ужас и долгое время не выходила из дома. Чтобы иметь немного своих собственных денег, мой знакомый в 15 лет стал подрабатывать грузчиком. Одновременно учился в школе, потом окончил два факультета университета в Сан-Паулу, работал в крупных американских и французских компаниях и в общем преуспел в жизни. Он живет в престижном квартале в собственном доме с великолепным садом. На берегу океана в живописном месте, о котором могут только мечтать жители северных стран, у него прекрасная дача и белоснежный катер. На нем он и его гости иногда совершают морские прогулки по ближайшим бухтам и заливам.

Бразильские законы писались депутатами и сенаторами, предки которых тоже когда-то приехали из других стран. Возможно, поэтому они довольно снисходительны в отношении иммигрантов, но, разумеется, не до такой степени, чтобы ставить их в равное положение с коренными гражданами страны. Хотя со временем иммигрант становился бразильским гражданином, его иностранное происхождение не позволяло ему стать президентом страны, депутатом или сенатором, дипломатом или командиром военного корабля, а также занимать другие государственные должности. Позднее эта несправедливость частично была исправлена. Иммигрантам, получившим бразильское гражданство, сначала разрешили избираться членами муниципальных советов. Потом перед ними открылась возможность претендовать на более важные места в государственных органах. Последняя бразильская конституция (1998 г.) сохраняет за бразильцами по рождению исключительное право занимать посты президента и вице-президента страны, председателей сената и палаты депутатов Национального конгресса, председателя Верховного суда, министра обороны. Остальные государственные должности формально доступны для бывших иммигрантов, получивших бразильское гражданство.

Прожив в Бразилии несколько лет, я убедился в том, что среди иммигрантов своим привилегированным положением выделялись португальцы. В этом не было ничего удивительного. Их предки открыли и осваивали Бразилию. Они говорят на том же языке, что и бразильцы. Приехав в Бразилию, португалец попадал в почти привычную атмосферу. Ему не нужно было тратить годы, чтобы адаптироваться к бразильским условиям. Он приезжал в страну, где уже проживали два миллиона соотечественников, сохранявших свое гражданство. В каждом крупном городе действовало португальское консульство, которое могло помочь ему в случае необходимости. Португальская община в Бразилии настолько многочисленна, что от нее избирается несколько депутатов в парламент Португалии.

Благодаря этим преимуществам перед остальными иммигрантами португальцы быстро осваивались в новой стране, растворялись среди населения и становились очень похожими на бразильцев. Их много в мелком бизнесе. Как правило, они не занимались большими и рискованными делами, отдавая предпочтение барам, кафетериям, кондитерским, хлебопекарням и хлебобулочным магазинам. Я знал одного португальца, начинавшего свой бизнес с маленькой булочной. Через несколько лет, скопив небольшой капитал, он отправился в Германию, откуда привез современное оборудование для хлебопекарни. Получив хороший заказ от автомобильного концерна «Фольксваген», он стал поставлять хлеб для его рабочих столовых. Теперь он — преуспевающий бизнесмен, в курортном городке Итаньяэм [24] у него шикарный дом на берегу океана. Конечно, и среди португальцев встречаются очень богатые люди. Например, сеть крупных супермаркетов «Пан де Асукар» принадлежит португальскому миллионеру, приехавшему в Бразилию с сотней долларов в кармане.

Если вы полистаете учебник бразильской истории, то сможете убедиться в особых заслугах португальцев в освоении и развитии этой страны. Они не только открыли Бразилию и в течение двух веков отбивали попытки французов и голландцев оторвать для себя частичку лакомого куска, каковым она представлялась европейцам, но и более трех веков самостоятельно осваивали ее огромную территорию. От маленькой Португалии это потребовало немало усилий. И в последующем, когда Бразилия обрела независимость, самый массовый поток иммигрантов шел из Португалии. Более чем за 130 лет (с 1836 г. по 1968 г.) Бразилия приняла 5 млн. иммигрантов. Из Португалии прибыли 1,7 млн. человек, из Италии — 1,6 млн., Испании — 720 тыс., Германии — 257 тыс., Японии — 243 тыс., России — 119 тыс., Австрии — 98 тыс., Ливана — 80 тыс., Польши — 54 тыс., Франции — 50 тыс.