Чтение онлайн

– Я кузнец, Торином звать. Я - лучший в этом городе кузнец и единственный представитель горного рода "Большого молота" в близлежащих землях. А зачем ты дом мой ломаешь, минотавр-переросток?

– Мне доспех нужен - себе по размеру у купцов не найти. Говорят, вы - лучший кузнец в этом городе, вот и пришёл к вам. Сможете выковать?
– вообще-то я других не видел, но по закону жанра: гном - лучший кузнец.

– Про лучшего это ты верно говоришь. Смогу, отчего не смочь. Ты тут обожди, я за стремянкой сбегаю - размеры снимем.

Коротышка умчался, а я остался ждать на улице. Был солнечный погожий денёк и лёгкий ветерок - замечательная погода, ни холодно, ни жарко. Обожаю такую погоду.

– Так! Как тебя звать-то?
– донеслось снизу. Гном явился с лестницей.

– Мотодор.

– Так это ты - "Разящий лист" создал? Слышал, как же, слышал. Я лезвие для неё ковал. Слушай сюда, Мотодор: щас снимаешь все доспехи, потом берёшь лестницу и приставляешь к груди - будем торс для начала снимать.

Следующий час я стоял, как истукан, и, по команде гнома, то нагибался, то приседал, то приставлял к себе лесенку, а иногда тупо брал гнома за грудки и подносил к месту, куда он скажет. Все измерения он тщательно заносил себе в кожаную книжечку.

– Так, какой материал будет?
– спросил после всех измерений мастер Торин

– Вам виднее, мастер. Хотелось бы - по максимуму, я ведь доспех часто менять не стану - дорого это, каждый раз, как сильнее становишься, новый доспех себе ковать. И вот ещё что, мастер... У меня проблема в физиологическом плане - мне хвост искусали в последней драке и... это... в общем, за задницу цапнули.

– Тогда - адамантий, хорошо бы чёрный, но и серый сойдёт. А насчёт хвоста и задницы придумаем, не волнуйся.

– Ох, ты ж! А сколько такое удовольствие стоить-то будет?

– С подкладом, рунами и частичным зачарованием от стихий будет не менее 130 тысяч золотом. За качество ручаюсь - эпических доспехов, скорее всего, не будет, но элита точно.

– Дядя мастер, ты совсем дурак? Я за такие деньги в царских хоромах жить буду!
– я ожидал от него цены раз в семь меньше - всё-таки он слышал обо мне: я как-никак среди крафтеров личность если не знаменитая, то на слуху точно.

– А ты как думал, выкидыш фантазии некроманта? Да тут весь доспех, если серым адамантием считать, по весу в 90 тысяч выйдет! Ты посмотри на себя, пародия на горы предков - в тебе росту на три с половиной метра! Да из гномьей стали тебе доспех 20 тысяч выйдет!

– Да понимаю я, всё понимаю, но где ж я столько денег возьму? Может, у вас завалялось чего под мой размер?

– Ага - есть у меня котёл, в котором кожу дублю, тебе как раз будет вместо шлема - тут он зашёлся уханьем. Ржёт он так, понял я.

– Тогда, может, мой доспех подлатаете?

– Отчего не подлатать? Подлатаем. Сейчас глянем, что там да из чего и подлатаем.

Минут тридцать он ковырялся в груде металла, которые я сбросил перед замеркой, при этом что-то бормоча, постукивая и поскрёбывая. После этого выслушал вердикт:

– Доспех интересный, но для тебя дрянь: металл имперский, в принципе, сойдёт на первое время, пока лучше не найдешь.

– Мастер, а усилить броню можно и с сочленениями что-то сделать - больно широкие они?

– Ну, а что ты хотел? Этот доспех, по моим прикидкам, тебе на два, а то и три размера мал. Могу тебе накладки на основную броню сделать и на сочленения скобы из гномьей стали поставить так, чтобы не дыра была. Хитро сделаю - по принципу чешуи, чтобы удар с сочленений на броню уходил.

– Сколько возьмёшь за работу?

– Три тысячи, без торга. Ставить накладки и скобы буду из гномьей стали, дороже сталь смысл тут теряет – основа-то имперская.

– Я согласен. Когда приступите и когда за доспехом приходить?

– Сейчас и начну. За доспехом завтра утром приходи.

Я расплатился сразу, скрепя сердцем, но расплатился - мысль о необходимости заработать такую тучу денег только на доспех меня вогнала в уныние. А слово "репутация" почему-то потеряла свой смысл. Торин же сразу заулыбался от полученных денег и собирался со всем моим доспехом скрыться в мастерской, но я ему задал вопрос уже в спину.

– Слушай, Торин, и ничего придумать нельзя? Может, подскажешь, где доспех достойный взять?

Гном ненадолго задумался и ответил:

– Есть один вариант, сейчас, доспех затащу. Да стой ты на месте, ещё не хватало, чтобы ты мне дверь разнёс! Помощничек!

Гном побегал пару минут от кучи доспехов в мастерскую и обратно, всё перетаскал, принёс табуретку, уселся и начал вещать.

Рассказывал долго и нудно, с множеством имён, дат и трудовых подвигов. Если сжать в рамках "по факту", получается вот что.

Жил был род сынов гор "Большой молот". Жил он богато, много славных мастеров было в этом роду, славились их мастера кузнечного дела даже среди других сыновей гор.

Всё было замечательно, пока в дальних штольнях не нашли яичко. Да не простое, а золотое, да размерами это яичко оказалось с гнома, всё в витиеватых узорах и бриллиантовой россыпи. Ювелиры рода раскудахтались, как куры-несушки, казначей заулыбался, как кот, обожравшийся сметаны, а шахтёры, что яйцо нашли, так челюсти нижние потеряли и неделю по штольне их ещё искали. Да маги выть начали, мол, яичко-то живое. Глава рода сказал: "Цыц! Это яичко мы в тронный зал поставим: пускай другие смотрят и знают - нет богаче и сильнее рода во всем мире!"

Долго это чудо стояло, но однажды шайка воров решила его выкрасть. Охрана не дремала и ворьё поймала, на горяченьком словили. Начался бой: звенели клинки и ревела магия. Сейчас уже толком и не разберёшь - может, охрана, а может, и воришки - в общем, жахнули по яйцу магией. А оно возьми да мигни на весь зал зелёной вспышкой и... всё, ничего больше яичко не сделало.

Воришек, конечно, порубила охрана, яичко вернули, тряпочкой протёрли, да вот ничего больше ему не стало – все, вроде как, и успокоились.

На третью ночь яичко вылупилось – там, оказывается, сидел не то паук, не то богомол. В общем, насекомое какое-то. Насекомое с дикой частотой начало откладывать личинки и жрать всё, включая мрамор пола и трон главы рода. К утру, когда обнаружили, что всю охрану тоже сожрало насекомое, началась тревога. Из личинок полезли шустрые паучки с очень сильным ядом и передними лапами острыми как клинки.

Столицу потеряли за трое суток, горы - за три месяца. Вне гор пауки не совались совсем, как привязанные, словно черту прочертили.