Чтение онлайн

С дьяволом надо быть всегда начеку. Мало кто из поэтов смог бы пройти через подстроенные им ловушки и выбраться из них в лучшем виде: припомаженным, в двубортном костюме, и в придачу добрым христианином. Нетрудно представить себе реакцию, скажем, Харта Крейна или Джона Берримена, доведись им встретиться с первой женой Элиота, прелестной Вивьен. Они бы со всех ног бросились к ближайшему мосту и сиганули с него, эти мастера спорта по суициду! Но только не Элиот: прожив немало лет с чувством вины, он наконец засунул жену в первую попавшуюся психушку и продолжал жить как ни в чем не бывало. Боже праведный! Снимаю шляпу – вот это инстинкт самосохранения!

Как сказал старина Берримен, «мир постепенно превращается в место, где я больше не хочу находиться». Я ощущаю в себе некое родство со смятенными душами. Не знаю, с какой стороны это меня характеризует – возможно, не с самой лучшей… Я восхищаюсь Элиотом как поэтом , но как человеком ?.. Не уверен.

ВАЙОЛЕТ ( за сценой ). …сссукин …сын…

БЕВЕРЛИ. Это Вайолет. Моя жена. Она сидит на таблетках, и дозы зачастую немалые. И они оказывают на нее воздействие… В частности, на ее равновесие. Но, к счастью, после того как она примет свои таблетки, равновесие ей больше ни к чему. Порой она падает во время прогулок… но она нечасто гуляет. Моя жена пьет таблетки, а я просто пью. Вот такую сделку мы заключили между собой, точнее, это одна из сделок. Всего лишь еще один пункт в нашем брачном договоре… надо признать, довольно жестокий. Так что она пьет таблетки, а я напиваюсь. Причем напиваюсь не оттого , что она пьет таблетки. Но принимает ли она таблетки, потому что я пью? Не знаю, я давно зарекся что-либо говорить за свою жену. Теперь уже не важно, почему у нас все так сложилось. Суть в том, что моя жена сидит на таблетках, а я пью. Со временем нам стало довольно обременительно поддерживать какой-то элементарный порядок в нашем типично американском хозяйстве: платить по счетам, делать покупки, стирать белье, чистить ковры или сортиры… И вот, вместо того чтобы в очередной раз посыпать голову пеплом в знак признания вины… и дать обет воздержания в слабой надежде как-то выправить курс нашего семейного корабля, я решил положиться на Высшие Силы ( поднимает стакан ) и примкнуть к классу работодателей .

Мне немного не по себе от такого решения.

Я умею стирать свое нижнее белье… мы всю жизнь делали это сами, я или жена, но теперь мне кажется, что стирка мешает мне пить. «Можно кое-что сказать в пользу трезвости – но очень немногое». Это опять Берримен. Вот поэтому вы здесь.

Дом пока еще не в самом ужасающем состоянии. Я все делал, как полагается, как-то управлялся. Вот и вчера вечером я сжег целую кучу ненужных бумаг и мусора…

Знаете… самый обычный счет может так много значить. Когда его срок истекает… когда счет не оплачен… тогда слова и цифры в нем будто превращаются в какие-то инопланетные символы. А ведь это всего лишь бумага. Хуже, чем чистая бумага.

( Джонна вытирает пот со лба. Беверли достает из кармана сложенный носовой платок и протягивает ей. )

Он чистый.

ДЖОННА ( вытирая лоб ). Спасибо.

БЕВЕРЛИ. Прошу прощения за эту жару. Моя жена очень хладнокровная женщина, причем не только в переносном смысле. Она не верит в кондиционеры. Как будто в них есть что-то, во что можно не верить!

ДЖОННА. Да, мой папа был такой же. Я к этому привыкла.

БЕВЕРЛИ. А знаете, я ведь был знаком с мистером Янгбёрдом.

ДЖОННА. Вы знали папу?

БЕВЕРЛИ. Это же маленький городишко! Я всегда покупал арбузы у него в лавке. А летом он иногда продавал и фейерверки, верно?

ДЖОННА. Да, сэр.

БЕВЕРЛИ. Я покупал у него римские свечи для детей. Он умер, так ведь?

ДЖОННА. Да, сэр.

БЕВЕРЛИ. Можно узнать, как это произошло?

ДЖОННА. У него случился инфаркт. Он упал прямо в кузов машины, груженной виноградом.

БЕВЕРЛИ. Виноградом ? Это в Оклахоме-то? Сочувствую.

ДЖОННА. Спасибо.

( Беверли допивает свой стакан и наливает еще. )

БЕВЕРЛИ. Можно вас спросить о фамилии?

ДЖОННА. Что?

БЕВЕРЛИ. Ведь он был Янгбёрд, а вы…

ДЖОННА. Моневата.

БЕВЕРЛИ. « Моневата ».

ДЖОННА. Я решила вернуть себе имя на родном языке.

БЕВЕРЛИ. И это тоже означает « молодая птичка »?

ДЖОННА. Да.

БЕВЕРЛИ. Вы сами так решили?

ДЖОННА. Ну да.

БЕВЕРЛИ. ( Поднимает стакан .) Ваше здоровье!

( Вайолет зовет из-за сцены .)

ВАЙОЛЕТ. Бев!..БЕВЕРЛИ ( про себя )

В ночи, в том древнем доме —

Огромном, черном, проклятом, немом… [2]

( На лестничной площадке второго этажа зажигается тусклый свет. Появляется Вайолет, в измятой одежде, только что с постели, с сигаретой в зубах. Сощурившись, она смотрит вниз на полутемную лестницу. )

ВАЙОЛЕТ. Беверли!

БЕВЕРЛИ. Да?

ВАЙОЛЕТ ( говорит невнятно ). Это… ты… пу… пулицию?..

БЕВЕРЛИ. Что?ВАЙОЛЕТ. Это ты?..

( Долгая пауза. Вайолет напряженно вглядывается в полумрак в ожидании ответа. Беверли смотрит на нее, ожидая окончания вопроса. )

БЕВЕРЛИ. Что, дорогая?

ВАЙОЛЕТ. Черт бы его… побрал. Это ты? Здесь что… полиция?

БЕВЕРЛИ. Нет, что ты!

ВАЙОЛЕТ. Тут окно? Я в окно смотрю, да? Окно?БЕВЕРЛИ. Ты можешь спуститься?

( Вайолет думает, затем, громко топая, спускается по лестнице в кабинет и приходит в замешательство от присутствия Джонны. )

ВАЙОЛЕТ. О! ( Невнятно .) Добрый вечер!

ДЖОННА. Здравствуйте.

ВАЙОЛЕТ ( обращаясь к Беверли ). Не знала, что у тебя го-ооости.

БЕВЕРЛИ. Это Джонна, молодая женщина, о которой я тебе говорил.

ВАЙОЛЕТ. Ты хочешь сказать… она… женщина?

БЕВЕРЛИ. Что-что?

ВАЙОЛЕТ. Женщина. Жен-щина. Женщи-на.

БЕВЕРЛИ. Да, дорогая, я хочу ее нанять на работу, чтобы она следила за нашим домом.

ВАЙОЛЕТ. О!.. Так ты теперь нанимаешь женщин, вон как? Я думала, ты говорил о другой женщине.

БЕВЕРЛИ. Какой другой женщине?

ВАЙОЛЕТ. ( Пауза, затем угрожающе. ) Что?!

БЕВЕРЛИ. Я ее нанимаю, чтобы она готовила и убиралась… и возила тебя в клинику и в…

ВАЙОЛЕТ ( стараясь говорить максимально четко ). В соответствии с предъявленным… гражданским иском, выражаясь свойственным тебе… языком… я думала, ты имел в виду… что ты решил женщину НАНЯТЬ!

БЕВЕРЛИ. Я тебя не понимаю.

ВАЙОЛЕТ ( Джонне, неожиданно любезно ). Здрааавствуйте!

ДЖОННА. Здравствуйте, мэм.

ВАЙОЛЕТ. Извините. ( Делает реверанс .) Лучше вот так.

ДЖОНА. Да, мэм.

ВАЙОЛЕТ. Я Вайолет. А тебя как зовут?

ДЖОННА. Джонна.

ВАЙОЛЕТ. Ты очень хорошенькая.

ДЖОННА. Спасибо.

ВАЙОЛЕТ. Ты ведь индианка?

ДЖОННА. Да, мэм.

ВАЙОЛЕТ. А из какого племени?

ДЖОННА. Чейен.

ВАЙОЛЕТ. А я, по-твоему, хорошенькая?

ДЖОННА. Да, мэм.

ВАЙОЛЕТ. ( Опять делает реверанс. ) Вот… так, да? ( Опять реверанс. ) Вот так… ( Опять делает реверанс, теряет равновесие, но удерживается на ногах. )