ЖАНРЫ

Авалон. За гранью. Книга 7
Шрифт:

Кинетический щит вспыхивал голубым и отбрасывал демонов, пытавшихся вцепиться в неё. Мы мчались к выходу, и я видел тела героев — Кразак, орк-капитан, был разорван демоном С-ранга. Его цепной клинок всё ещё вращался и испускал плазменные искры, пока кровь и слизь заливали пол вокруг.

Ярость «Берсерка» внезапно угасла — словно пламя, лишившееся топлива. Моя кровь текла ручьями, заливая хитин Куколки, а тело дрожало, будто готовое развалиться. Энергия, что питала безумие, иссякла и уступила место всепоглощающей боли, которая рвала мышцы и кости… Заглушая всё, кроме пульса ядра, бьющегося на пределе.

Мы были уже у самого выхода, когда Куколку качнуло. Она зашипела, её тело содрогнулось, и я почувствовал, как ядро в груди пронзила боль, будто ударили меня самого.

Огромный зазубренный меч пробил её брюхо, зелёная кровь хлынула на пол. Паучиха метнулась в сторону, и я не удержался — сорвался с её спины, падая прямо у выхода.

Сознание помутилось, кровь заливала глаза, но чьи-то руки подхватили меня в полёте.

Юки.

Его холодный взгляд встретил мой.

Он что-то сказал, но я едва слышал его, мир плыл перед глазами.

Куколка зашипела громче, её лапы задрожали. Димон рванул к ней и вытащил торчащий меч.

Зелёная кровь паучихи брызнула и залила пол липкой лужей. Паучиха дематериализовалась, её энергия вернулась в моё ядро — я чувствовал её боль, но она была в безопасности.

Юки рванул по коридору.

Я висел на его руках, ноги не слушались, кровь сочилась из ран, а сознание цеплялось за реальность обрывками.

Демоны гнались за нами, их когти скребли по стенам, рёв сотрясал воздух.

Впереди мелькнуло что-то рыжее.

Лиандра.

Бластеры в её руках плевались плазмой.

Олеся бежала рядом, её посох сиял, зелёное свечение тянулось ко мне, но боль заглушала всё, даже её тепло.

Вспышки, крики, кровь.

Димон выпускал огненные стрелы, и демоны вспыхивали, их тела горели, как сухая трава.

Лиандра кричала:

— БЫСТРЕЕ!

Мы влетели в портал и рухнули на холодный металл станции Дельта. Я задыхался, мир кружился, кровь и слизь покрывали меня с ног до головы. Юки опустил меня на пол, его лицо было размытым пятном.

Коридоры Дельты гудели, драниры-инженеры суетились, их пальцы мелькали над терминалами. Портал за нашими спинами загудел и закрылся, отрезая рёв демонов.

— Живы? — выдохнула Лиандра, рухнув рядом. Её голос дрожал, но она тут же вскочила.

— Кххх, — прохрипел я, чувствуя, как боль раздирает тело. Олеся подбежала, её посох засветился, зелёное сияние окутало меня, затягивая раны, но мутная пелена в глазах не отступала.

Димон, лёжа на полу, тяжело дышал, его шрам на лице дёргался.

— Это было… — он закашлялся, сплюнув кровь.

— Как мы вообще выжили… — выдохнула Милена, сидя на ступеньках, держась за плечо. Её лечила урмитка, но её глаза были пустыми.

Бойня на Дзете забрала слишком многих. Хаос, кровь, смерть. Я был уверен, что мы выжили лишь чудом. Выжили ли?

— НЕТ! — раздался крик дранира.

— Ксарен! — прохрипел чей-то голос. — В чём дело?

— Демоны Крагнора захватили Бетту и Йоту!

Глава 11

Я лежал на полу, чувствуя, как каждая клетка тела вопит от боли. Рёбра, сломанные ударом Дуэлиста, скрипели при каждом вдохе, а разрезанные грудь и бок слегка сочились кровью, несмотря на лечение Олеси, которое она бросила в меня в той заварухе.

И как я добежал?

Мой клинок и Эгида валялись рядом, их руны едва мерцали, словно разделяя мою усталость. Куколка, всё ещё в ядре, посылала слабые образы. Она успокаивала меня — её рана от меча демона медленно затягивалась.

Олеся склонилась надо мной, её посох светился мягким зелёным светом, окутывая меня тёплым сиянием.

Рядом стояла урмитка, имени которой я не знал — её кибернетические импланты гудели, испуская тонкие струйки энергии, которые вплетались в заклинание Олеси. Зелёные искры сливались с голубыми потоками, и я чувствовал, как раны начинают затягиваться.

Моя «Пассивная регенерация» работала на пределе: кожа на груди медленно стягивалась, кости срастались с тихим хрустом, а кровь, сочившаяся из глубоких порезов, останавливалась. Боль становилась терпимой.

Надо мной стояли Юки, Катя и Милена, их лица были полны тревоги. Катя опустилась на колени, её чёрные волосы упали на лицо, а рука мягко коснулась моей щеки. Её пальцы были холодными.

— Женя, ты живой, — выдохнула она, её голос дрожал. — Чёрт, там же были демоны С-ранга, чёрт возьми! Ты просто исчез в этой мясорубке, и мы даже не знали, что и думать…

Я ощущал, как энергия возвращается, мышцы наливаются силой, а лёгкие, наконец, начали дышать свободнее. Олеся, бледная от усталости, сосредоточенно шептала что-то одобряющее, и не останавливалась.

— Держись, Женя, — тихо сказала Олеся, её голос дрожал от напряжения. — Ещё немного, и будешь как новенький.

Я слабо улыбнулся, чувствуя, как кости в рёбрах встают на место, а кожа затягивается.

— Спасибо, девчонки, — прохрипел я. — Вытянули с того света.

Юки скрестил руки. Его катана была прислонена к стене, а лицо, как всегда, оставалось спокойным, но в глазах читалась усталость.

— Там творился настоящий ад, — сказал он, его голос был тихим, но твёрдым. — Ты потерялся в толпе демонов. Видел, как тебя накрыло, но не мог пробиться. Выводил Олесю из-под удара — еле снёс целую толпу Иглорылов. Прости, что не успел до тебя.

Покачал головой, чувствуя, как регенерация завершает свою работу. Боль отступала, оставляя лишь лёгкую ломоту в костях.

— Юки, всё в порядке, — сказал я. — На мне свет клином не сошёлся. Каждый из нас ценен, и ситуация была… катастрофической. Ты сделал, что должен был.

Милена, стоявшая рядом с Юки, нервно теребила свою чёрную прядь волос. Её броня была покрыта пятнами чёрной слизи, а глаза всё ещё искрили адреналином.

— Катастрофической? — фыркнула она. — Это ещё мягко сказано. Я думала, мы все там ляжем. Эти Дуэлисты…. Я видела, как один разнёс полкоманды орков Кразака за секунды.

Я кивнул, вспоминая, как два Дуэлиста чуть не отправили меня на тот свет. Мой взгляд скользнул к Вальку, который сидел в углу, опустив голову. Его массивное тело было покрыто глубокими порезами, а молот лежал рядом, весь в зазубринах. Кровь сочилась из ран, но он не жаловался, лишь молча смотрел в пол.

Поделиться с друзьями: