Чтение онлайн

Самсон Гриффит: Она дочь моего старшего и единственного брата. Мой брат и я – мы никогда не были близки и не слишком общались, понимаете? Мы, мягко говоря, пошли по жизни разными путями. Я его не осуждаю. Стараюсь этого не делать.

Оуэн Мейсон, окружной прокурор: Он описал родителей Клео как городских проповедников Библии. Я уловил легкую насмешку, когда он это сказал. Обидело ли меня это? Нет.

Самсон Гриффит: У Клео было трудное детство. Меня не было в ее жизни, пока она не стала подростком. Ее родители отгородились от моей семьи. Очевидно, что они не одобряют то, чем мы занимаемся: если это не Божья работа, то это работа дьявола с большой буквы Д. Как только Клео исполнилось шестнадцать, она появилась на нашем пороге.

Она приехала на автобусе откуда-то из центра страны и дала понять, что не хочет жить так, как ее родители. Она хотела поступить в школу и попросила меня о работе, чтобы содержать себя. Я подумал, что это невероятно храбрый поступок с ее стороны.

Клео Рэй: Мои самые ранние воспоминания связаны с тем, что я стою ночью на углу улицы, и мои родители заставляют меня петь с ними госпел-песни. О да, у меня в мозгу записана целая библиотека госпел-песен.

У меня эти ночи ассоциируются с чувством голода и беспокойством, что на ужин останутся только объедки.

Самсон Гриффит: Мы записали ее в среднюю школу Палисейдс, а во второй половине дня она стажировалась в Griffith All Media. Первые пару лет мы держали ее в ежовых рукавицах. Но она доказала, что может это выдержать. В свободное время она занималась физическими упражнениями и анатомией, изучала здоровое питание, превращая свое тело в свой капитал. Она также брала уроки речи и актерского мастерства и разбиралась, как вести бизнес в социальных сетях, чтобы понять, что работает, а что нет.

Брайан Берли, помощник окружного прокурора: Единственное, в чем мы не могли ее обвинить, так это в том, что она была бездельницей.

Самсон Гриффит: От своих родителей она действительно унаследовала убийственное трудолюбие. Упс, неудачный выбор слова. Вы ведь это вырежете, верно? В любом случае, да, Клео была сосредоточена и дисциплинирована и потратила много времени на то, чтобы наблюдать и понимать, почему показатели одного инфлюэнсера продолжают расти, в то время как у другого достигают определенного пика и останавливаются.

Оуэн Мейсон, окружной прокурор: Я спросил мистера Гриффита, знает ли он о сексуальной ориентации Клео.

Самсон Гриффит: Ого, ладно. Я знал, что она встречалась с мужчиной, который был натуралом, или, по крайней мере, предполагал это. Он был одновременно мужественным и чувственным, а это привлекает как мужчин, так и женщин. Но эти молодые люди, как правило, более гибки и менее бинарны в своих взглядах на секс.

Мейсон выглядел озадаченным. Я взял на себя смелость объяснить термин пансексуальность этому блюстителю закона и порядка – белому парню средних лет из глубинки, посещающему церковь.

Оуэн Мейсон, окружной прокурор: Было видно, что мистер Гриффит пытался не казаться снисходительным. Но когда вам приходится так сильно стараться, это все равно воспринимается как снисхождение.

Самсон Гриффит: Я позвонил нашему офис-менеджеру еще до прихода Мейсона и назвал ей имя Ребекки. Она просмотрела документы о приеме на работу и сообщила мне, что Ребекка Олден работала с нами в качестве гримера примерно на дюжине съемок за последние три года. Она не была в нашем списке «А»; честно говоря, даже не в нашем списке «Б». Но да, она была нанята в качестве подрядчика компанией Griffith All Media в тот период, когда и Клео работала на нас. И да, есть шанс, что они пересеклись с Клео на одной из наших съемок.

Оуэн Мейсон, окружной прокурор: В этот момент я спросил, есть ли у него какие-либо предположения, почему Клео могла причинить вред Ребекке.

Самсон Гриффит: Есть строчка из Шекспира о честолюбивом персонаже, который «выглядит опасно недовольным, словно изголодался по власти». Именно такие мысли вызывала у меня Клео. Она хотела этого, действительно хотела. Я не говорю, что это означает, будто она могла бы умышленно лишить жизни другого человека. Я сказал Мейсону, что не могу представить, чтобы Клео причинила кому-то вред.

Клео Рэй: Я совсем не спала той ночью в четверг. Я прижалась к Сэнди, стараясь никак не обнаружить свое беспокойство. Когда в пять утра зазвонил будильник, я притворилась, что просыпаюсь. Представьте себе мое облегчение, когда я узнала, что все оставляют свои телефоны в доме.

Сэнди Финч: Мы оделись, схватили наши рюкзаки, сделали групповое фото на фоне особняка. Затем без телефонов отправились пешком по туристической тропе в глубь страны.

Самсон Гриффит: Я спросил мистера Мейсона, есть ли у него ордер или какие-либо судебные предписания относительно Клео. Он уверил меня, что, если у Клео будет алиби или она сможет убедить их, что ее не было на озере с Ребеккой, то у нее не будет никаких проблем.

Честно говоря, я был уверен, что Клео никоим образом не замешана в этом.

Оуэн Мейсон, окружной прокурор: «Кстати, – сказал я Гриффиту, – на телефоне Ребекки было неотправленное сообщение для ее матери, в котором говорилось, что она едет на озеро, чтобы обручиться со своей девушкой».

Самсон Гриффит: Это не могла быть Клео! Она собиралась жениться на специалисте по прическам и макияжу из списка «C»?! Возможно, она и не заставила Сэнди Финча взять на себя обязательство, но цель Клео была намного выше, чем Ребекка Олден. Со всем уважением к погибшей, но такова реальность этого мира.

Оуэн Мейсон, окружной прокурор: Имелся в виду тот «мир», в котором живет он? Я вспомнил, что Брайан сообщил мне, когда я уезжал из Бишопа тем утром. Он обнаружил в социальных сетях, что, когда Клео начала встречаться с Сэнди Финчем, на ее YouTube прибавилась пара сотен тысяч подписчиков и еще больше в Instagram. Цифра выросла с менее чем пятидесяти тысяч до более чем четверти миллиона.

Гриффит сказал: «Я не удивлен».

Я ответил: «Понимаю. Но это означает, что отношения с мистером Финчем были важны для нее, и она хотела бы их защитить». Я поблагодарил его и попросил дать мне знать, когда он получит известие от своей племянницы.

Джиллиан Гриффит: Мой отец позвонил мне после ухода окружного прокурора. Он сказал: «Я молю бога, чтобы у твоей кузины было алиби». Он рассказал мне эту историю, и я подумала: да, Клео нравились красивые девушки, ей нравились красивые люди, но совершить убийство… это безумие.

Вы уже знаете, что это я познакомила ее с Сэнди? Она умоляла меня об этом. Поэтому на ужине в честь моего дня рождения я усадила их рядом друг с другом. Она проделала с ним свой маленький трюк и – бум! – он сражен. С его-то деньгами и внешностью – он парень мечты для миллиарда девушек, но для Клео это значило еще кое-что. Быть с ним означало больше подписчиков, больше рекламных сделок, красные ковровые дорожки, селфи со знаменитостями. Он был ее пропуском на гораздо более высокий уровень влияния.