Чтение онлайн

Дверной полог распахнулся. В проёме стоял молодой мужчина. Высокий, мускулистый, с мокрыми тёмными волосами. На нём были только какие-то короткие штаны для купания. Всё тело блестело от воды.

— Не бойтесь, — сказал он спокойным, уверенным голосом. — Всё закончилось. Вы в безопасности. Ваш муж и отец ждёт вас. Всё плохое позади.

Настенька всё смотрела на выдру, которая сидела у ног мужчины. Выдра снова подмигнула девочке и растворилась, превратившись в обычную лужу.

— Мама, ты видела? — зашептала Настя. — Выдра! Она подмигнула мне!

— Что? — не поняла Марья. — Какая выдра? Тебе нехорошо, милая?

Мужчина усмехнулся.

— Пойдемте, — сказал он, развязывая пленниц. — Надо выбираться отсюда.

Он вывел их из шалаша на яркий солнечный свет. Марья зажмурилась, потом открыла глаза и огляделась.

Лагерь был пуст. Ни одного пирата. Только опрокинутые столы, разбросанные вещи, да несколько тёмных пятен на песке. Будто здесь никого и не было.

— Где… где все? — спросила она.

— Убежали, — спокойно ответил мужчина. — Испугались и убежали.

Я стоял посреди опустевшего лагеря и оглядывал поле боя. Десять трупов разбросаны по всей площади. Лучше прибраться до того, как пленницы выйдут из шалаша. Меньше будет ко мне вопросов.

Я поднял руки, сосредоточился на воде. Из реки поднялись водяные щупальца. Они подползли к телам, обвились вокруг них.

Первым утащил Косого. Щупальце обхватило его за торс, поволокло к воде. Всплеск — и главарь пиратов исчез в тёмной глубине.

Остальные тела я убирал так же методично. Некоторых пришлось тащить по частям.

Один за другим трупы исчезали в воде. Десять тел, десять всплесков, десять расходящихся кругов на поверхности реки.

Потом я создал легкий дождик. Вода собрала всю грязь и унесла в реку. Песок снова стал чистым, жёлтым.

«Теперь схрон. Забери всё ценное», — приказал я Капле.

«Блестяшки! Много блестяшек! Капля найдёт все!»

Она устремилась к шалашу-складу. Просочилась внутрь через щели.

«Ой-ой-ой! Столько всего! Золотые монетки! Серебряные! Вкусные камни! Кольца! Браслеты!»

«Забирай всё. Спрячь в своём кармане».

«Капля спрячет! Никто не найдёт, только Капля знает!»

«Молодец, малышка».

Она поглощала всё в своё водяное тело, пряча в том пространственном кармане, который был частью её существа. Иногда я задумывался, есть ли у него пределы.

Вместе с ценностями, я попросил её собрать все «ломаные» жезлы. Хотел разобраться с их устройством на досуге.

«Капля всё собрала! Всё в животике!»

К моменту, когда Марья и Настя выбрались с моей помощью из полусгоревшего шалаша, лагерь был уже пустым.

Из всех лодок, у причала осталась только одна. Я заблаговременно отвел её в сторону, и струсившие пираты её не нашли.

Я помог женщинам сесть в лодку, запрыгнул сам. И мы отправились в обратный путь.

Свой катер на прежнем месте я не нашел. Впрочем, пропажа отыскалась очень быстро. В зоне прямой видимости.

Возле противоположного берега тянулась длинная песчаная коса. Светло-жёлтый песок тянулся метров на тридцать, образуя удобную отмель с пологим спуском к воде. Идеальное место для стоянки, не случайно здесь собралось столько народу.

У самой кромки воды покачивался наш катер.Чуть поодаль, ближе к зарослям камышей, была пришвартована купеческая лодка. Судя по всему, её сюда перегнали на буксире.

Завершал картину патрульный катер речной стражи. Он покачивался на волнах метрах в двадцати от берега.

Волнов стоял на берегу, приставив ладонь козырьком к глазам, высматривая нас среди камышей.

Увидел первым, замахал обеими руками над головой, показывая, куда причаливать.

Его седые усы топорщились от довольной улыбки, лодочник явно волновался и теперь был рад, что всё закончилось благополучно.

Тут же стоял Степан Воробьёв. Рядом с ним я увидел Надю. Она что-то быстро говорила купцу, жестикулируя с такой энергией, что чуть не уронила свой врачебный саквояж. Видимо, требовала сохранять покой. Универсальное лечение на все случаи жизни

Воробьев её не слушал. Он стоял в полный рост, точнее пытался стоять. Получалось плохо. Но стоял он упрямо, не позволяя себе сесть, и смотрел только в одну точку — на нашу приближающуюся лодку. На свою семью, которую считал потерянной

Я направил трофейную лодку к берегу, туда, где махал руками Волнов. Нос мягко ткнулся в песок, заскрипел по мелководью. Не успел я встать с места, как Степан Воробьёв бросился вперёд. Он побежал, прихрамывая на правую ногу, морщась от боли при каждом шаге, но не замедляясь.

— Марья! — голос его сорвался на крик. — Настенька! Живы! Господи, вы живы!

Я едва успел подхватить женщину под локоть, помогая выйти из неустойчивой лодки на твёрдый песок. Воробьёв налетел на неё с разбегу, обнял так крепко, что она ойкнула от неожиданности. Настенька с визгом повисла на отце с другой стороны. Вся семья сбилась в один трясущийся, плачущий комок посреди пляжа.

— Я думал… я думал, что потерял вас навсегда! — Воробьёв всхлипывал, не стесняясь слёз, целуя жену в макушку, потом дочь в лоб, потом снова жену. — Господи милостивый, спасибо! Спасибо, что вы живы!

Марья гладила его по небритой щеке, размазывая по его лицу собственные слёзы.

— Мы в порядке, милый. Я за тебя волновалась, они же тебя веслом…

Воробьёв оторвался от семьи, повернулся ко мне. Глаза его были красные от слёз, но смотрели с такой благодарностью, что мне стало неловко.

— Спасибо! — выпалил он. — Спасибо вам, господин! Я… я в неоплатном долгу перед вами до конца своих дней! Всё моё состояние, весь мой товар, всё что есть — всё ваше! Только скажите слово!

— Не нужно мне ваших товаров,— ответил я. — Вы и так убытки понесёте, теперь возмещать придется. Любой на моём месте поступил бы так же.

Воробьёв быстро закивал мне, а после снова отвлекся на жену и дочь. Они отошли в сторону и уселись прямо на песок, обсуждая что-то своё вполголоса и постоянно прикасаясь друг к другу, чтобы убедиться, что это не мираж, и все их неприятности закончились.

— Господин Ключевский?

Я обернулся на голос.

Ну, разумеется, это была она. Капитан Вера Ильинская собственной персоной изволила почтить нас своим присутствием. Стояла на песке в десяти метрах от всех остальных, демонстративно отделяя себя от гражданских.