Чтение онлайн

— Проходите, — широким жестом Дан Эузу предложил мне сесть в кресло у стола, и вернулся на своё место среди остальных членов Совета.

Торрена сел рядом с ним. Я опустился на предложенное место, ощущая себя школьником перед ответственным экзаменом. Юлий ободряюще улыбнулся мне. Я ответил ему коротким кивком и выжидательно посмотрел на председателя.

— Хочу представить вам членов Совета, которые вошли в комиссию, — сказал Дан Эузу. — Возможно, с кем-то вы уже знакомы. Кого-то, скорее всего, видите сегодня впервые.

Я не возражал.

— Справа от меня наши гости из Австрало-Азиатского жилого пояса: Фудо Ходери и Арджун Паллав, — председатель Совета представил широколицего, добродушного на вид азиата с коротко стриженным ёжиком волос на голове рядом с которым сидел смуглый серьёзный мужчина с проницательным взглядом карих глаз.

— Слева члены Совета от Афро-Американского жилого пояса — Госвит Лимме и Кэй Ласс, — продолжал Дан Эузу.

Я кивнул мулату с живым, слегка вытянутым лицом и атлетично сложенному человеку средних лет, красноватый оттенок кожи которого подчёркивал резкую черноту его глаз, выдавая в нём потомка мудрых индейских вождей.

— С Юлием Торреной вы, безусловно, знакомы, — улыбнулся председатель Совета. — Он здесь представляет Арктико-Европейскую жилую зону, как и Золтан Ковач.

Я кивнул золотоволосому человеку, с задумчивым синим взором.

— Итак, преступим? — предложил Дан Эузу, оглядев присутствующих.

Они одобрительно кивнули в ответ.

— Максим Новак! — председатель Совета посмотрел на меня. — Вам довелось пройти нелёгкое испытание в силу определённых обстоятельств, о которых мы все здесь знаем.

Он осмотрел присутствующих, и члены Совета утвердительно наклонили головы.

— Хотя в ходе этого испытания и были некоторые сбои в ваших психических реакциях, — продолжал Дан Эузу, — в целом, вы справились неплохо.

Он взглянул на экран своего справочника и одобрительно посмотрел на меня.

— Самое главное — вам удалось победить своё тёмное «альтер эго».

— Да. Это самое главное, — согласился я.

— Итак, по суммированным результатам ваших тестов мы можем судить о том, что вы пригодны для дальнейшей работы в Охранных Системах Общества, — деловито сообщил Кэй Ласс и дружелюбно улыбнулся мне.

— Я рад, — сдержанно улыбнулся в ответ я.

— Мы хотели бы предложить вам одну работу, — вдогонку сказал Дан Эузу. — Правда, она вдали от Земли…

— Как вы знаете, на Гивее произошли революционные события, которые поддерживаются Трудовым Братством, — подхватил Фудо Ходери. — Так вот, народное правительство Гивеи сегодня остро нуждается как в технических специалистах, учителях и медиках, так и в людях, имеющих опыт нашей специфики. Специалисты вашего уровня знаний и навыков очень необходимы народной службе безопасности этой планеты.

— Следуя решению Всеобщего Народного Совета, уже не первый год формируются группы добровольцев для отправки на Гивею, — сообщил Арджун Паллав. — Желающих оказалось настолько много, что пришлось ввести строгий психологический отбор через кабинеты совести, где всем обратившимся даётся возможность оценить свои прежние поступки и выяснить мотивы принятого ими важного решения. При необходимости, каждому даются советы, и предоставляется широкая информация о Гивее. Конечно, здесь не обходится и без привлечения работников ОРС, глубокая интуиция которых просто не заменима в подобном вопросе.

— Вам, как человеку, только что прошедшему через «десять ступеней инфернальности», подобные консультации не нужны, — добавил Кэй Ласс. — Можно сказать, вы полностью готовы и психологически, и физически к исполнению своего долга.

Я посмотрел на него и едва заметно усмехнулся.

— Так что вы нам скажите по этому поводу? — поинтересовался Дан Эузу.

— Мне бы не хотелось снова расставаться со своей любимой, — медленно произнёс я.

— Зачем же расставаться? — удивился Арджун Паллав и, улыбнувшись, добавил: — Вы всегда можете взять её собой на эту планету. Думаю, ей тоже будет интересно сменить обстановку и оказать посильную помощь в становлении нового братского общества.

Некоторое время я молчал, задумчиво изучая сосредоточенные лица собравшихся. Наверное, пауза, взятая мной, слишком затянулась, потому что Дан Эузу склонился в мою сторону и доверительно произнёс, глядя мне в глаза:

— Буду с вами откровенен до конца. На самом деле, революция на Гивее давно уже развивается несколько по-иному сценарию, чем мы когда-то ожидали. С Земли это может выглядеть не столь очевидным, но это так. Поверьте. За прошедшие двадцать пять лет на этой планете не достигнуто ни одной из декларируемых нами свобод, позволяющих каждому члену общества иметь равные права и возможности. Свобод, ведущих к братству, основанному на сознательном коллективном труде, взаимовыручке и уважении интересов других людей, к обузданию собственного «эго» во имя достижения гармонии с остальным миром, к духовному развитию каждого человека, как пути к внутренней гармонии и залогу благосостояния всего общества…

Ничего этого не было сделано на Гивее. Наоборот, с приходом к власти Чой Чо Рена неравенство на этой планете только углубилось, достоинство людей там попрано, а их духовность превращена в самый тяжкий порок. Всё, ради чего совершалась революция на Гивее, осталось лишь в содержании помпезных лозунгов и в пустых обещаниях вождей этой революции.

— Значит, то, что мне довелось увидеть и пережить во время моего испытания не просто инсценировка? — хмуро спросил я. — Всё так и есть на самом деле?

— Не всё, но многое, — вступил в разговор Юлий Торрена. — Теперь мы отчётливо осознаём свою главную ошибку — нельзя было выпускать процесс из-под нашего контроля с самого начала. По сути, мы взяли на себя роль прогрессоров для этого общества и, взвалив на свои плечи этот груз, не учли необходимость жёсткого и неумолимого регулирования запущенных нами социальных изменений.

Был необходим строгий контроль со стороны самих прогрессоров, то есть нас. Понимаешь? Он необходим хотя бы на начальных этапах, в переходный период. Без него нельзя было проводить столь глобальные изменения в обществе. Нам хорошо это было известно по нашей же истории — истории Мирового Воссоединения. Но мы проявили инфантильность в этом вопросе.

— Да, этот путь очень сложен, опасен и тонок, — согласился с ним Дан Эузу. — Его можно было бы сравнить с тонким лезвием ножа, перекинутого над глубокой пропастью инферно. И только контроль, а впоследствии и самоконтроль, помогут пройти по этой тонкой грани, не упав в пропасть. Вот почему теперь мы пытаемся предпринять все возможные меры, чтобы исправить сложившуюся на Гивее ситуацию.

— Но что можно сделать сейчас? — изумился я. — Спустя столько лет! Не слишком ли поздно? Время уже упущено.