Валлес Жюль список книг

ЖАНРЫ

Поделиться с друзьями:

Валлес Жюль

Рейтинг
5.00
Пол
мужской
Дата рождения
11 июня 1832
Место рождения
Ле-Пюи-ан-Веле, Франция
Валлес Жюль
5 + -

рейтинг автора

Биография

Жюль Валлес - французский писатель и политический деятель; революционер, участник коммуны 1871 года, за что был приговорён к смертной казни, но успел бежать. В 1881 году вернулся по амнистии во Францию, в 1871 и с 1883 года издавал революционную газету "Cri du peuple", в изгнании написал автобиографический роман "Jacques Vingtras" ("Баккалавр", русский перевод, 1883).
Биография
Его родители - из крестьянской среды. Отец - учитель.
Детство Валлеса суровое, как и юность. Декабрьский переворот 1851 года застал его в Париже сражающимся на баррикадах за республику. В первые годы Второй империи Валлес вёл голодную жизнь "отщепенца".
Переживания той поры писатель выразил в своих первых произведениях: "L'argent" ("Деньги", 1857), "Le dimanche d'un jeune homme pauvre" ("Воскресный день бедного молодого человека", 1860). За ними последовали "Les r'efractaires" ("Отщепенцы",1865). Здесь люди, органически неприемлющие существовавшего общества и указанного им места в нём, бросают ему свой вызов. В 1866 году вышел "La rue" ("Улица"). В конце 1860-х годов Валлес - популярный журналист, "кандидат нищеты" на выборах в Законодательный корпус (1869).
В 1870 году Валлес участвовал в восстании против правительства "Национальной обороны". В 1871 году Валлес - член Коммуны и редактор газеты "Le cri du peuple" ("Крик народа"). Столь резкий и непримиримый в предшествующие революции годы, Валлес во время революции высказывался против террора.
После разгрома Коммуны Валлес оставил Францию, где его заочно приговорили к смерти, и поселился в Лондоне. Там он пишет "Лондонскую улицу" (русский перевод, М.-Л., 1926) и работал над трилогией "Jacques Vingtras", законченной по возвращении Валлеса на родину (после амнистии 1880). Первая часть трилогии - "L'enfant" ("Дитя", 1879), вторая - "Le bachelier" ("Баккалавр", 1881, перев. на русск. яз. Б. Гимельфарб, СПб., 1913), последняя - "L'insurg'e" ("Инсургент", посмертное издание 1885, есть русский перевод, Пг., 1921).
Валлес как художник - изображал общественные группы, к которым неприменимо понятие быта как постоянного, устойчивого, определённого жизненного уклада. Но "отщепенцы" Валлеса сильно отличаются от людей богемы в обычном смысле. Они - не отбросы общества, не те обделённые на пиру его верхушки и сбившиеся с пути, кто, фрондируя против "мещанства", в сущности приемлют его основы.
"Отщепенцы" Валлеса ненавидят не буржуа, а буржуазию - не лица, а систему. Его герои - "инсургенты" по преимуществу, они в любой момент готовы не на словах, а на деле восстать против этой системы. Они не боятся труда, а хотят его освободить. Воля и чувство у Валлес и его отщепенцев достаточно сильны и определённы, но сознание ещё смутно и зыбко. "Отщепенец" ещё "не переварился в фабричном котле", он смотрит в поле, в деревню, с которой ещё не порвал связи, мечтает ещё об идиллии сельской жизни.
Он - прудонист, но не коллективист. Валлес называл себя "социалистом-индивидуалистом", но не коммунистом. Мелкая поземельная собственность по-видимому сохранялась при его совершенном общественном строе, пользование экспроприированными орудиями производства мыслилось как частное, ассоциация производителей - как "добровольная".
В "Лондонской улице" автор закрепил в ряде беглых отметок, летучих характеристик и сценок жизнь этого мирового города в эпоху расцвета английского капитализма. Лондон во всякое время дня и ночи, праздный и трудовой, на улице и дома, на работе и на отдыхе, порочный, унижающий и униженный, сдавленный стальным спрутом ещё крепкого, гибкого, уверенного в себе капитализма - вот тема очерков Валлеса Но автор слишком подавлен этой мощью этой Англии, устойчивостью её быта и социально-политических форм, патриотизмом, охватывающим массы её населения, и ему кажется, что "века и века" просуществует этот строй нищеты внизу и чудовищной роскоши наверху.
Валлес не увидел ростков будущего, "новой Англии". Валлес - интеллигент и эстет. "Лондонская улица" проникнута антипатией к англичанам и ко всему английскому. Чувство безнадёжной реакционности Англии времён королевы Виктории, вера в революционные силы Франции, эстетизм - вот что питает и обостряет национализм Валлеса.
Всё им написанное - автобиографично. И его Жак Вэнтра и другие его "отщепенцы" - интеллигенты, вышедшие из крестьянства или же выросшие в семьях мелких ремесленников, несмотря на свой бродячий образ жизни, ещё крепко связаны с землёй. Они - инсургенты, но и патриоты, даже националисты. И это характерно для их психологии, не порвавшей с собственностью, подвластной "своей земле", "своей мастерской", "своему верстаку".
Язык Валлеса обилен народными оборотами, но не лишён и изысканности, даже вычурности сравнений и метафор - привкус недостаточно ассимилированной городской культуры и школьной риторики. Стиль Валлес - стиль сатирика и агитатора . Он подчёркивает, утрирует, он явно тенденциозен, но остаётся художником. Выручают большой темперамент и свирепый юмор, жгучий и колючий от избытка жёлчи.
Валлес-художник остался журналистом, как и Валлес-журналист не переставал быть художником. Для его творчества характерна фрагментарность, преодолеваемая единым устремлением автора. Композиция его произведений примитивна. Некоторые из них составились из газетных статей и корреспонденций на одну основную тему ("Отщепенцы", "Улица", "Лондонская улица"). Мастерство архитектоники заменяет в его сотканной из эпизодов трилогии естественная, временная последовательность художественной автобиографии.
"Жак Вэнтра" - своеобразнейший "Bildungsroman" - история развития и формирования не мыслителя, не художника, а революционера. Примитивная в основном композиция осложняется здесь вводными сценами, отступлениями, остроумными тирадами, записями дневника или памятной книжки, своего рода словесными арабесками, не нарушающими единства стиля, мозаичного и отрывочного по существу.

Книги автора:

Без серии

[5.0 рейтинг книги]
Комментарии:
ПОПУЛЯРНЫЕ КНИГИ
Товарищ Чума 3
5.00
рейтинг книги
— Я бы попросил, герр Хубертус, подбирать слова! — зло отозвался неведомый мне Зигмунд на замечание своего «оппонента». — Не надо трепать честь германского офицера! Майора, который, к тому же старше и выше тебя по званию! Тебе ведь нужен был результат, Вольфи? И как можно скорее? Ну, так я не знаю других…
Тринадцатый II
5.00
рейтинг книги
Я с облегчением выдохнул. Не ожидал, что Дина подойдет ко мне и крепко обнимет. — Спасибо, — пробормотала она. А вот её подруга стояла в ступоре на том же месте, прикрывая рот рукой. — Я его не изгнал. Значит, он еще вернется. — И нападет на нас? — пробормотала девушка. — Навряд ли. На вас…
Практик
5.00
рейтинг книги
Быстро мысленно пробегаюсь по телу. Расправляю, растягиваю застывшие мышцы, сухожилия. Тело очень восприимчиво, благодаря глифу восстановления, и очень быстро приходит в рабочее состояние. Всё так же Аспектом поднимаю вычищеную и выглаженную одежду со стула рядом с кроватью. За считанные секунды накидываю…
Император Пограничья 1
5.00
рейтинг книги
Возрастом все они годились либо в пажи, либо в оруженосцы. Безбородые юноши, что вряд ли хоть раз брали в руки оружие. И всё же их, как и меня, приговорили к казни. Последнее, что я помнил — это поединок. Жестокий, кровавый, решающий. Разум отказывался верить в реальность происходящего, а голова шла…
Законы Рода. Том 6
5.00
рейтинг книги
Я убрал документ. Выражение лица офицера стало странным, после чего полицейский повернулся к своим и громко задал вопрос, чей дом собираются штурмовать. — Какой-то ярл, Карст или Краст… Эх, не свезло… Другие офицеры ему подсказали, что именно имение Краста и готовятся штурмовать. Всё-таки полицейский…
Запрети любить
5.00
рейтинг книги
— А я тебя ненавижу. Тебя и твоих подельников. Убью каждого! — прорычал он. Девушка в лазурном платье протянула вперед руку, словно мечтая коснуться его лица. — Я не дам тебе стать убийцей. Если ты хочешь, чтобы я ушла, сделаю это сама. Она сделала то, чего Игнат совершенно не ожидал — резко развернулась,…
Двойник короля 18
5.00
рейтинг книги
Закрыл глаза и позволил себе расслабиться. Мышцы шеи чуть отпустило, дыхание выровнялось. Поза всё ещё неудобная, хоть и терпимая. Решил отвлечься. Много всего пришло в шаловливые лапки внутреннего хомяка. Мозг начал перебирать варианты, просчитывать ходы. План стал обрастать деталями, как дерево —…
Легендо
5.00
рейтинг книги
Внизу на карте имелась надпись: «Дева Смерти». Телла содрогнулась. Эти слова ей совсем не понравились, да и клетки были ненавистны – даже жемчужные. «Мама была бы недовольна, что я разглядываю ее карты», мелькнула у нее мысль, но все же она перевернула еще одну. Эта носила название «Принц Сердец».…
Десерт с щепоткой магии
5.00
рейтинг книги
Брр, надо вставать, умываться и делать ноги. За спиной снова раздался вздох. Я набросила одеяло на голову и оцепенела. Ну да, ну да, маньяков-то обычно отпугивает одеяло, натянутое на уши! Но что поделать, глупая привычка, сохранившаяся с детства, и тут дала о себе знать. Я пряталась под одеяло, когда…
Танцующая с волками
5.00
рейтинг книги
Ветер усилился и зашуршал ветвями деревьев, заставив капитана очнуться от наваждения. – Прочешите ближайшие окрестности, – приказал он, задумчиво поглядывая в сторону леса. Взгляд задержался на кустах дикой жимолости, и Маркус неосознанно сделал шаг вперёд, когда со спины его кто-то окликнул. –…
Последний Герой. Том 2
4.50
рейтинг книги
Оцениваю ситуацию за долю секунды. Сзади — лысый, шагах в пяти. Впереди — Ибрагим, метра три, уже раскинул руки, будто в кошки-мышки сыграть собирается. Влево — обрыв, вправо — откос. Ловушка. Уходить некуда. Нормально. Работаем. Резким движением швыряю содержимое банки ему в лицо. Соль, пропитанная…
Кодекс Охотника. Книга X
6.25
рейтинг книги
Хотя приглядевшись, я понял, что поток вряд ли был свинцовым. Заряжены они были антимагическими зарядами. Прямое попадание очереди даже качнуло Доброхотова назад. Это что за звери такие? Честно говоря, ни о чём подобном я не слышал. Такая смесь технологий и магии действительно внушала уважение! По…
Я Гордый часть 2
5.00
рейтинг книги
— Изумрудные мои! — высокая дама приятных форм с огненно-рыжими волосами парила над нами. И я ее знал. Графиня Касаткина Юлия Александровна была дамой серьезной во всех отношениях и имела ранг князя, чуть не дотягивая до императрицы. Академию она держала в ежовых рукавицах, иногда гладя ими против шерсти…
Адвокат Империи 11
5.00
рейтинг книги
Пусть я и не мог читать его эмоции, того, что видел на его лице, было достаточно. Я уже видел нечто подобное. И, как это ни смешно, на лице истекающего кровью человека, привязанного к креслу. Именно такое лицо было у Серебрякова. С холодным, будто у змеи, взглядом. Образ человека, готового отобрать…